Форум » Гостиная » © цитатник » Ответить

© цитатник

Sirius Black: В общем-то тут и объяснять нечего. :) маленький кладезь цитат с Люмьера, из Ваших переписок на нем или вне его, просто понравившиеся высказывания от куда угодно. Порой бывает более чем интересно. [quote]Мечты сбываются. Люмьер. ©[/quote]

Ответов - 53, стр: 1 2 3 All

Sirius Black: переписка из думалки 13.0. аминь :DD - Я знаю, почему Том стал таким злодеем - А я знаю, почему Том стал таким лысым - А я знаю, почему вы все умрете. Довыпендриваетесь, историки дементоровы. by Fiann Lermont, Severus Snape & Lord Voldemort

James Potter: Посвящается мизантропичным интровертам. Lumier: The Game. Part six. Прошу простить меня за мое идиотское чувство юмора, вкуса и умение выдирать слова из контекста. No one except us can fight. Посты #1 - #7. Сколько она выслушивала советов от окружающих, все, все думали, что они знают, как лучше воспитывать ее детей, и иногда она уже была на грани, но тут обычно и появлялась Алиса, успокаивая ее просто своим присутствием. Одного быстрого переглядывания с ней хватало, чтобы понять, что она все делает правильно, в Академии они все время играли в такие гляделки. Здесь будет бойня, и никто даже не будет сопротивляться, потому что они все стоят как вкопанные, и, наверное, думают, что это просто какое-то представление, репетиция Хэллоуина. Твои коллеги, Фин, отлично умеют пугать маленьких детей. Особенно твоих собственных. Эль все еще боролась с остатками сомнений, как на поляну аппарировал аврор, пробормотал что-то вроде "мать вашу к боггар..." и аппарировал обратно за подкреплением. Она задрала голову вверх, ну конечно, огромная метка, как дымовая завеса от фейерверка, повисла в небе и была замечена, видимо, уже и в Гринвиче. Рядом с ней аппарировала знакомая фигура, и Доркас Медоуз, отбросив заклинанием Пожирателя, который на них напал, тут же подхватила Элфина и Ноа и аппарировала вместе с ними, бросив, что они будут в штабе. Похоже, все были уже наслышаны об упрямстве мисс Ронэн и просто экономили время, не споря с ней. А Эль успела только рот открыть и бросить взгляд на разом успокоившуюся за судьбу крестников и, наверное, в мыслях благодарящую Мерлина, что хоть у кого-то здесь есть мозги, Алису Мои – слева. И тут же летят заклятья в перемешку со щитами, и в голове не остается места мыслям, руку ни на секунду опускать нельзя, нельзя, чтобы в тебя попал луч заклинания, потому что ты не одна, рядом с тобой подруга, и слава Мерлину, потому что мои – только слева, и есть хоть какой-то шанс. Она вдруг подумала, что, если бы… Элфин и Ноа будут ждать ее в Аврорате, а вместо мамы прибудет министерский работник, которому до них и дела нет. Вот теперь стало немного страшно. Нет, конечно, все должны предусматривать такое развитие событий. Когда пишешь заявление о приеме на работу, об этом стоит подумать, потому что потом уже будет не до того. А у нее дети, да, потому ей всегда нужно думать вперед, потому в ящике рабочего стола и дома в столе лежат письма с инструкциями, что делать, если однажды она не вернется. В письме указано, что заботу о детях надлежит передать их отцу, Финеасу Яксли, письмо для него тоже прилагается. Только уж очень ей не хочется, чтобы та же Алиса это читала… © Yael Ronen Алиса и Яэль выбрали свою дорогу, пожалуй, едва ли не в тот самый день, когда Сортировочная Шляпа на весь зал провозгласила – Гриффиндор! И семь лет – вместе. А потом их дорожки опять переплелись, плюс три – итого десять. Когда знаешь человека вот уже десять лет подряд, видишь его на протяжении этих десяти лет почти каждый день, то в какой-то момент понимаешь, что вот это уже, кажется, навсегда. У них даже имена были почти созвучны. И стоило кому-нибудь окликнуть Эл в коридоре Академии, как Эль оборачивалась вслед за ней. Или наоборот. Стажировка позади, теперь только работа. Работа, которая сейчас называется войной. А потом где-то справа полыхнуло огнём. Нынешних Пожирателей Смерти хлебом не корми, только дай что-нибудь поджечь. Что за мода пошла – пожары устраивать? Нет, можно было, конечно, ругаться громко нудно и долго, но и на это тоже – не было времени. Хотя, от одного только вида Яэль, у которой одновременно в руках находятся дети и палочка с боевым заклинанием наизготовку, хотелось на неё наорать. Малышам без малого по три года, какая к дементорам, мать вашу, битва?! Кстати, вот мать вашу, дорогие мои крестники, лучше сейчас вообще увести отсюда каким-нибудь насильственным способом, потому что иначе она, видимо, не понимает. Серьёзно думаю? Эль, милая, думать мне сейчас некогда. Щит-выпад-щит-разоружить-оглушить-щит. подоспела помощь в лице Доркас Медоуз – уже хорошо знакомого аврора. Женщины-профессионала, которой, несомненно, можно было доверять. Она словно фея возникла в этом хаосе и уберегла малышей, а заодно спасла Яэль от праведного гнева не на шутку разозлившейся Алисы. Хотя, феям, конечно, на войне не место. Ведь, кажется, что вся жизнь ещё впереди, не осознавая, что оборваться она может совершенно неожиданно. У тебя, или твоих близких. Потому что последний час он обычно как-то не предупреждает. © Alice Flint Запретный Лес. Посты #1 - #12. Нарцисса не боялась Пожирателей. Ее не научили. То есть, нет, она прекрасно осознавала всю опасность этих людей для общества, знала, что они делают и что могут сделать, но так уж получилось, что для нее они были в первую очередь - родственники и знакомые. Что поделать, одна только фамилия автоматически причисляла ее этой безумной компании. И даже стальные маски не были для нее безличны: у отца - гравирована узором из спетающихся змей, у матери - какие-то острые листья и обод из ромбов по краю, маска Люциуса - почти гладкая, маска Ивена - с чернением. Она была голубкой среди ястребов, одной из тех, кто жалеет и голубей, которых ястребы едят, но больше - ястребов из-за необходимости убивать. Она просто никогда не жила с голубями. Нарси не плакала. Она вообще плакала обычно только по пустякам - видимо, кровь-таки давала о себе знать однокурсницы, хоть убивай их, не желали верить, что один из Демонов не заходит дальше целомудренных объятий и поцелуев, из числа тех, которые еще можно как-то назвать властными, но пылкими - уж точно никогда. Даже братский чмок в щечку от Ивена был и то более... "развратным", сказала бы мама. Хотя если судить по реакции девушек на Розье, то он даже овсянку ел "развратно". на вашей войне все равно, кто попадет под удар С каким-то отстраненным удивлением Нарси поняла, что потеряла туфельку: интересно, это считается за травму? Проще жить с тем, кого не любишь, чем с тем, чей холодный взгляд вбивает тебя в пол. © Narcissa Black Сердце от чего-то бешено колотилось, пусть и Люциус казался слишком спокойным. Они впервые за последнее время, впервые после начала этой игры в Пожирателей, оказались настолько близко к опасности, настолько близко к обрыву. И пусть Абраксас считает, что этот брак будет хорошим ходом с его стороны, но ведь Люциус знает, что они с младшей Блэк были связаны судьбой, ещё задолго до их рождения. Эту нить которая связывала их, нельзя разорвать. Хоть в чем-то Малфою повезло... хотя бы раз в жизни. Малфой только задумался, что Лермонт могла узнать многое за это время. Он по себе знал, что без везких аргументов не покидал какое-нибудь место, даже если человек и кричал о том, что там скоро будет опасно. Абраксас должен был быть доволен выражением лица своего сына. Люциус стоял подобно мраморной статуе, которая ничего не может выразить из присущих человеку эмоций. Нарцисса пусть и считалась только его невестой, но для него она уже была женой. А собственная жена, это его и только его собственные заботы, поэтому он не будет рисковать ни одним волосом на голове своей жены, из-за кого-то, даже если того потребует сам Лорд. Конечно вслух Люциус это не произнес, так как будучи примерным сыном своего отца, он понимал что следует, а что не следует говорить, и сейчас самый верный пусть это просто промолчать. © Lucius Malfoy Коридоры замка. Посты #1 - #11. Есть мнение, будто бы правда облагораживает. Дескать совершенно не важно, что по натуре вы лживая и пакостная личность, главное вовремя спохватиться и начать говорить людям правду. Желательно, в лицо. И тогда можете смело надеяться, что однажды счастливая общественность вознесет вас на исполинские высоты, допустим, гуманистической лестницы. В общем-то, так оно и есть. Дураков принято изолировать. Так же существует теория, будто бы честным людям легче в этой жизни пробиться. Эта теория несколько менее популярна на практике, нежели предыдущая, зато широко распространена в литературе. Самое яркое тому свидетельство – грустная история деревянного голема Пиноккио, который благодаря своей самоотверженной честности в конце концов превратился в настоящего мальчика. Но вот обратная сторона медали освещена гораздо слабее. Почему-то никому не захотелось уточнить, что, став настоящим мальчиком, Пиноккио – во-первых, утратил практически абсолютное бессмертие; во-вторых, если раньше вынужден был бояться ну разве что древоточцев и плесени, то теперь к списку его фобий прибавилось еще порядка пятисот пунктов, где не последнее место занимают пневмония и разжижение мозга. И это не говоря про безотчетную тягу стругать детей в прямом смысле. Иными словами: правда действительно облагораживает. Однако на очень короткий срок. Как правило, прямо пропорциональный времени, затраченному на изречение этой самой правды. Потом наступают пробелы в памяти и очень болит ушибленная голова. Вопросы студентов Снейп холодно игнорировал, а один – от чего это вы такой грязный и подпаленный? – и вовсе счел личным оскорблением, поскольку от роду не появлялся на людях чистым, аккуратным и ухоженным. порою даже дипломированного отшельника с двадцатилетним стажем непреодолимо тянет выскочить на середину дороги и возвестить всему миру, как славно в этом году уродились желуди. Следуя этим элементарным правилам, можно рассчитывать, что все обойдется. Метафорические тараканы продолжат с блеклым энтузиазмом нарезать концентрические круги в пределах окружности вашего черепа, даже не помышляя о возможности материализоваться прямо перед вашим носом в образе гигантского акромантула. Мысль материальна. Стоит потерять бдительность, зазеваться на миг, а мысль тут как тут – во плоти, приветливо машет вам ручкой. И не стоит изумляться, почему это у нее такие острые зубы и налитые кровью глаза. Высшие Силы любят импровизировать, им нравится сгущать краски. Если мир отказывается признать ваши доблестные заслуги, вам не остается иного выбора, как наживать скверную репутацию; ибо скверную репутацию мир уж точно не оставит без внимания. Пока что репутация Снейпа была не достаточно скверной, она была скорее неопределенной. А неопределенная репутация – все равно что средний пол. Вы одинаково неуютно чувствуете себя как среди борцов за Добро и Справедливость, так и среди представителей вида «Мы Заставим Этот Мир Содрогнуться». Утверждено экспертами – наличие «мягкой» полиграфии под рукой значительно ускоряет процесс высвобождения всяких разных естественных нужд, а заодно способствует духовному росту А почему? Потому что. Потому, что люди, помимо несметных сокровищ, обожают закапывать еще разнообразнейшие мерзопакостные мерзопакости: от результата неудачного эксперимента по трансфигурации, который слишком хорошо плавает, чтобы быть утопленным и слишком влажный, дабы сгореть; до трупа собственной тетушки, что наперекор всем законам мира отказала вам в наследстве. Откопав корень мировых зол, вы вряд ли ощутите блаженство. В действительности этот корешок – мелкая, несуразная вещица. Вы сами. Рианнон МакКехт повезло; она выглядела и вела себя так, словно с детства воспитывалась дружным семейством дементоров – известных специалистов по части вытравливания из человека всего человеческого. Снейпу не повезло. Единственное, что связывало воспитателей Снейпа с дементорами – патологическая страсть к темным, сырым помещениям и патологическая боязнь чистого белья. Своим ледяным отчуждением слизеринская староста задела самые тонкие струны души молодого волшебника – манию величия и комплекс неполноценности. Именно к такому выводу пришла группа богословов одного уважаемого, поэтому не произносимого в приличном обществе университета. Терпение есть порок, поскольку нет ничего хорошего в инфантильном попирании эволюционно зарекомендованных социальных устоев, как то «дай в морду соседу, потому что он сволочь» и «хватай крепче, беги дальше» Терпение Снейпа было взрывоопасным, и если бы не вечное пребывание в состоянии перманентного одиночества, за Северусом Снейпом уже тянулся бы целый шлейф испепеленных дотла Содомов и Гоморр; но покуда в ближайшее окружение слизеринца входили исключительно книги и стены, ему приходилось тешить себя надеждой на то, что стены и книги тоже способны испытывать моральный дискомфорт, когда он так злобно смотрит на них исподлобья. Играть в гляделки с каменным истуканом почти так же целесообразно, как пытаться лечить слабоумие вымачиванием мозгов в соляном растворе. © Severus Snape шестикурсник, будучи законченным мизантропичным интровертом, представлял собой довольно занятного, с точки зрения МакКехт, собеседника - Северус, при всем моем уважении, я не вижу прямой зависимости между самочувствием третьекурсников и твоим внешним видом Если Снейп планировал своей пламенной речью удивить, разозлить , позабавить МакКехт – словом добиться от неё хоть какой-нибудь нормально человеческой реакции, то он просчитался – услышав все, что ей было нужно, девушка сразу же потеряла интерес к разговору. Это было очень хорошо заметно по её внешнему виду: как поблекли её глаза, как пропала напряженность и резкость из жестов, как чуть расслабились плечи. Дело в том, что иронию и уж тем более сарказм Рианнон МакКехт совершенно не замечала. Точнее мастерски умела делать вид, что не замечает. В реальности же она все понимала, про себя оценивала каждое слово, его смысл – по отдельности и вместе с остальными – определяя то, насколько они смешны, обидны, остроумны, сложны и решая, как они влияют на её отношение к человеку, произнесшему их. по тону ирландки можно было заподозрить, что она готовиться в ближайшее время читать прощальную речь на похоронах кого-нибудь из своих тайных врагов и сейчас отрабатывает подходящий этому поводу торжественный, но абсолютно замогильный голос. И ведь нельзя сказать, что Рианнон была слишком упорной, как бараны, коими знаменита её родина, или заядлой спорщицей, которая находила в долгих обменах мнениями, опасных пикировках, поисках особо изворотливых аргументов и придумывании достойных ответов особое утонченное удовольствие. Нет, она не была спорщицей, все было намного хуже: Рианнон МакКехт была конченной занудой. Что поделать, мисс МакКехт любила завершенность во всем. В случае с разговорами это означало, что либо собеседник должен признать полную и абсолютную правоту Рианнон, либо рассказать ей то, что она пока не знает, а после опять-таки признать правоту слизеринки, пусть даже и её новая точка зрения, подкорректированная на основе полученной информации, будет совпадать с его собственной – в таком случае он тем более должен признать её правой, чтобы не выглядеть полным идиотом. Так же оконченной могла считаться беседа, прерванная по причине неспособности одного из её участников продолжать её – то есть если собеседник не выдержит и просто сбежит от придирчивой ирландки, не важно проклиная её или наоборот извиняясь. Презрение в голосе Снейпа она полностью проигнорировала – это было не важно, как и большинство чужих эмоций, которые существовали в каком-то параллельном МакКехт мире, совершенно не касающемся её. © Rhiannon McKecht - Мина, стой! Ты была в Хогсмиде? Судя по ее чистой одежде и не слишком растерянному виду, не была. Бэнджамин задумался над тем, как в реальности выглядели Пожиратели Смерти, но, похоже, в этом месте механик, крутивший фильм о событиях в Хогсмиде у него в памяти, заворачивал рыбу. Почему, интересно, авроры не надевают масок? Бэнджи вспомнил один из комиксов, которыми были битком набиты тумбочки мальчишек в приюте, там в масках были все - и добрые герои, и злые, и никто из них не знал, кто есть кто в реальности. Ведь это же нечестно, что авроров все в лицо знают, а Пожирателей нет. Как же их можно поймать, арестовать, доказать их вину? Бэнджамин выставил вперед руки, на случай, если вдруг, конечно, очень маловероятно, но вдруг Мина решит упасть, ну, или опереться на него, что тоже очень маловероятно. © Benjamin Nayman

James Potter: Немного законов Мёрфи. Мерфология для покупателей. Продвинутые законы Вейла об очередях. 1. Если вы спешите к короткой очереди, она внезапно становится длинной. 2. Если вы долго торчите в длинной очереди, то все люди, которые подходят после вас, становятся в новую, более короткую очередь. 3. Если вы на секунду выходите из короткой очереди, та сразу становится длинной. 4. Если вы стоите в короткой очереди, стоящие впереди впускают своих друзей и родственников, превращая ее в длинную. 5. Короткая очередь за пределами любого здания становится длинной внутри него. 6. Если достаточно долго стоять на одном месте, за вами выстраивается очередь. Закон регрессивных достижений. Прошлогоднее всегда лучше. Принцип Финмена для секции уцененных товаров. То, чего вы хотите, в продаже никогда нет. Закон Савиньяно для заказов по почте. Если вы не напишете жалобу, то вы никогда не получите свой заказ. Если вы ее напишете, то получите товар прежде, чем ваше сердитое письмо дойдет до адресата. Принцип Янта для невыполненного заказа. Пока ваш заказ выполняется, данный товар появляется во многих других местах, причем купить его там можно дешевле и быстрее. Закон Льюиса. Люди купят что угодно, если это имеется всего в одном экземпляре. Психомерфология. Наблюдение Сартра. Ад - это другие. Паскаль о человеке. Чем больше я вижу людей, тем лучше отношусь к своей собаке. Трюизм Томлина. Человек изобрел язык, чтобы удовлетворить свою глубокую потребность жаловаться. Принцип Милликена. Безумие - это когда делают то же самое тем же способом и ожидают других результатов. Отличие Беринга. Философия - это вопросы, на которые никогда нельзя ответить. Религия - это ответы, которые никогда нельзя поставить под вопрос. Трансцендентная мерфология. Сетование Харриса. Все хорошее уже сделано, всех хороших уже разобрали. Комментарий Санди. Эта штука имеет смысл - но только пока вы о ней не задумываетесь. Изречение феминистки. Женщина без мужчины похода на рыбу без велосипеда. Лемма ирландца. Вера - это глубокая убежденность в том, что, как вы знаете, неверно. Правило Рудницкого. То, что никак не удается отсоединить, вскоре отвалится само. Закон Северейда. Главная причина проблем - их решение. Следствие Кона из закона Мерфи. Две гадости подряд - это только начало. Наблюдение Таллулы Бэнкхед. Если бы мне пришлось прожить свою жизнь еще раз, я бы совершила те же ошибки, но только быстрее. Закон Уинкорна. Имеется три разновидности людей: те, которые умеют считать, и те, которые этого не умеют. Принцип Кэмпбелла. Ад - это то место, где все идеально проходит тесты и ничего не работает. Правило П. К. Дика. Реальность - это все то, что отказывается исчезнуть, когда вы перестаете в это верить.

James Potter: Гриффиндорцам посвящается. Даже если я проиграю, я буду ставить на красное. Потому что черное - это мрак. Это тайна смерти, которая мне совершенно не интересна. Когда я умру, начнутся совсем другие игры. Но и там я поставлю на красное - на тот огонь, который говорит мне, что я бессмертен. Огонь сердечного тепла, цвет радости, цвет крови, которая пролита не зря, цвет перьев феникса. Вечное возрождение покупается не унылыми трудами и не тайным знанием. Вечное возрождение обретается только благодаря сердечному жару. Мое сердце пылает, оттого, что я люблю жизнь. Я так люблю жизнь во всех ее красках, что не могу умереть. Я ненавижу смерть, отчаяние, бессилие, я ненавижу бесполезные слезы по ушедшим, слезы жалости к себе. Я ненавижу гниение неосуществленных замыслов, несделанных дел, неоправданных надежд и все то, что оставляет за собой только трупы. В трупах нет ни радости, ни огня. Их невозможно изменить. Только спрятать. Нам говорят - в этом старом, усталом мире полно убожества и уродства. Он истекает слабостью, как лондонское небо, он может только разочаровать. Но я молод и знаю, что это не так. Я молод, и оттого не мудр печальной мудростью пессимиста. Всем умирающим на моих глазах не хватает сердечного жара. Любой живой знает, что наш мир юн и остр, он полон величия, славы, безумных порывов и отчаянных подвигов, и он полон красоты. Нам говорят, что умный никогда не станет жертвой собственных страстей, он оценит свои возможности и станет дипломатом. Но я не дипломат, я не знаю своих возможностей и потому всегда буду жертвой дружбы. Мне легче верить в людей, чем не верить в них. Нам говорят, что книги содержат все необходимое, нужно только найти ключ. Но у меня уже есть ключ, которым я вскрываю не книжные переплеты, а запертые двери. За каждой из этих дверей меня ждет радость. Я доверяю автору этого мира, и потому ничего не боюсь. Нам говорят, что мы глупцы и авантюристы. Но я просто знаю, как скудость ума парализует действие. Расчетливый умник не может даже жениться, потому что вечно занят поиском наилучшего варианта. Лучше десять раз потерпеть крушение, увидев новые земли, чем так и не отойти от берега. Нам говорят, что вокруг полно лицемеров и подлецов, которые смеются над наивностью и пользуются чужой силой. Я не подлец и не лицемер, и поэтому знаю, что каждый живет в той компании, которую выбрал себе сам. В круге подлецов и лицемеров я всегда буду чужаком. Нам говорят, что мир болен тщеславием и духовной нищетой. Я выбираю здоровье. Лучше быть красивым и здоровым, чем бедным и больным. Нам говорят, что мы безрассудны. Но я просто горяч. И я горю недостаточно, если это пламя никого не делает счастливей. Лучше быть счастливым с кем-то, чем несчастным в одиночку. Разделенное счастье стоит того, чтобы биться за него на чужом берегу. Нам говорят, что миром нужно править, иначе он сойдет с рельс. Но я не хочу управлять, я хочу разделить с теми, кого люблю, этот прекрасный мир. Любовь сильнее воспитания. Во всяком случае, она дает надежду на взаимность. Нам говорят, что каждый из нас одинок. Но из многих голосов всегда возникает хор, из многих клинков - склад оружия, из многих слов - один гимн, из многих рук - одна команда. Признаюсь, я люблю квиддич. Не за победу. За взаимоподдержку. Нам говорят, что в мире есть Темный Лорд, который всегда будет править частью мира. Но моим миром он не правит, в моем мире нет смерти, и потому я знаю, что мы сильнее его. Ну, счастливее - это точно. А теперь, пожалуйста, дайте список учебников на семестр, не волнуйтесь, адрес штаба я запомнил, - на похоронах буду, и поставьте завтра Боба Марли, иначе покойник встанет, возмущенный этими звуками. Не знаю, кто этот Шопен, но явно не честный англичанин. Отличные были леденцы, особенно золотая тянучка. И повторите пинту пива. Завтра я буду пить красное. © кто-то

Lauren Lewis: Кто-то - соответственно, кто-то из мастеров Хогвартских Сезонов. ))) Ибо с их сайта, и висит оно там уже несколько лет. = ) Хаффлпафф. Добро пожаловать к барсукам! Возрадуйся, что ты попал к нам на факультет. Мы основа, корни, из которых растет древо, и ветви его – храбрость Гриффиндора, ум Рэйвенкло и воля Слизерина. Среди любых войн и бурь мы сможем сберечь наш уютный и прекрасный мир. У нас всегда найдется ароматный чай, свежее печенье и время для дружеской беседы. Мы дружим со всеми, каждому можем сказать: «Да ладно, брось, все будет хорошо!» и отправится делать так, чтобы все было хорошо. Оглядываясь вокруг, мы видим глаза людей… Каждый интересен, каждого можно понять. Мы бываем циничны, потому что это лучше ханжества. Цинизм помогаем нам сохранить здравомыслие. Когда кто-то рассуждает об улучшении мира, мы отвечаем: «Хочешь сделать мир лучше? Для начала помой посуду!» Мы не превозносим до небес героев и безумцев, потому что есть вещи поважнее. Настоящая жизнь состоит из тысячи маленьких и иногда незаметных деяний. Их тоже надо уметь делать хорошо, а для этого необходимо работать каждый день. У нас учат сражаться с книгами, учебными предметами, с собственной слабостью и ленью. Победить – значит преодолеть себя. Мы добры, потому что мы сильны, и нам не надо никому ничего доказывать. Мы можем себе позволить быть добрыми и честными. Мы редко ошибаемся, потому что у нас мысль всегда впереди действия. И потому, что мы вместе там, где это возможно. Наша дружба крепка, как камень. Факультет – это одно целое, твоя судьба зависит от твоего однокурсника. Общий успех зависит от тебя. Ты не имеешь права делать что-то плохо, потому что ты не один. Мы хорошо играем в квиддич, так как умеем работать вместе, кто-то руками, кто-то головой или корпусом, а вообще - кто чем. У нас не принято ссориться – война, пусть даже и маленькая, всегда разрушает. Ее нужно отличать от состязания. Мы любим соревнования, но всегда помним, что есть вещи поважнее – дружба, честность и наши принципы. Добро пожаловать к барсукам!

Lauren Lewis: Слизерин. Природа обновляется огнем и преображается смертью. Где смерть становится воскресением - змея закусывает собственный хвост. Каждый из живущих знает, что умрет. Но не всякий знает, что может выбрать свою смерть. Не всякий знает, что у смерти два лика. Только первый из них ведет в небытие, в могилу, где гниет труп. Только он окрашен в зеленые, призрачные тона Царства Мертвых - цвета гниения и разложения. Только первый из них - черный лик - разрушает форму тела. И есть бессмертие - путь растворения, белый лик смерти, вечное путешествие. Ведь тело не что иное как застывший дух. Тело начинает растворяться по мере пробуждения духа, как лед растворяется в закипающей воде. Эту смерть избрали Агасфер и Мерлин, и многие, оставившие после себя в гробнице лишь благоухание. Кто смог пройти белым путем, тот уже не оставляет за собой трупа. Он возносит земную материю в духовные небеса и там растворяет ее. Это путь сияния и серебра. Все те, кто вовлечены в суету, кто охвачены тщеславием, жадностью, стремлением списать все на исполнение какого-то долга, кто ослеплен иллюзией - может ли их судьба быть чем-то иным, нежели повествованием о смерти и только о ней одной? Их жизнь - вечное кладбище убитых желаний, незавершенных дел, погибших замыслов. В дорогих и изукрашенных гробах лежат мертвецы - ваше бессмертие, которое вы предали. Смерть преодолевается готовностью оплачивать свой опыт Познания по самым безжалостным счетам. Изживая свою смерть телесно и ничего не боясь, следуя лишь зову духа, ты обретешь мудрость змеи и сбросишь тленную оболочку, как прозрачную кожу. Знания само по себе оно нейтрально. Знание может убить и может воскресить. Но лучше знать, чем не знать. Есть знание, что приходит готовым - оно преобразует волю и разум. Словно во тьме вдруг разливается свет. И есть знание, что просачивается сквозь кожу - оно преобразует чувства и опыт, и в свете дня знакомые предметы изменяются до неузнаваемости - изменяются, потому что приобретают свой истинный вид. На посохе Гермеса две змеи - дневная и ночная. На мировых весах две чаши - с живой водой, и с мертвой, на правой плече одна, на левом - другая. Но две змеи обвивают единый жезл и две чаши весов крепятся к одной оси, и два пути являют одно направление, и две руки деяния - левая и правая - принадлежат одному существу. Нам не нужно разделение, ибо часть всегда ущербнее целого. Нельзя выбрать из человечества либо мужчину, либо женщину, и объявить это образом Творца, нельзя вырвать один глаз в честь другого, природа духа неделима, как неделим абсолют. Но обретение абсолютной полноты - удел только воистину бесстрашны х. Лев бодрствует днем и спит ночью. Он видит ярче и лучше змеи, но его внимание всегда приковано к тому, что движется. Орел видит дальше и зорче змеи, но когда он устает - он закрывает глаза. Его внимание всегда приковано к тому, что неподвижно. Всякая тварь земная половину времени бодрствует, а половину времени спит - и видит сны, навеянные собственным разумом. И только змея не может закрыть глаза - ее веки прозрачны. Ее мир всегда один и тот же - днем и ночью, и всегда одинаков ее взгляд. Она не гонится за своей добычей и не питается падалью - своим жертвам она поражает волю. Говорят, что мы коварны. Но мы просто терпеливы. Горячность нам чужда - она удел глупцов и трусов, чья смелость зависит только от стечения обстоятельств. Говорят, что мы хитры. Но мы просто проницательны. Леность ума чужда нам - она удел тех, кто никогда не стремился к вечности. Говорят, что мы честолюбивы. Но мы просто уважаем свой удел и свой выбор. Говорят, что мы горды. Мы просто не предаем себя. Говорят, что мы жестоки. Нам просто чужда сентиментальность. Ей утешаются те, кому не хватило духа идти избранным путем до конца, и кто может лишь оплакивать свою слабость - человеческую, очень человеческую, слишком человеческую, чтобы за нее не было стыдно. Говорят, что мы аморальны. Но мы просто свободны. Говорят, что мы опасны. Но мы - ваше полночное солнце, в лучах которого лучше всего видна ваша зависть. Говорят, что мы бесконечно презираем тех, кто ниже нас. Какая глупость - змея ползет ниже всех. Мы презираем только предателей. Тех, кто выпросил себе крылья, острые зубы и крепкие кости - но так и не взлетел. Нас отвращает только одно - ужас обыденного существования. Мы не такие, как все. Наши слабости либо уродливы, либо прекрасны. Наши мечты чудовищны, безнравственны, неосуществимы, грандиозны, пагубны - но они точно не такие, как ваши. Мы всегда переступим через вас - но не ради самих себя, а ради того, кто создал нас. Мы не восхищаемся Салазаром Слизерином - Озерным Принцем, растворившем себя в мировом эфире. Мы стремимся к нему. Он был одинок, потому что лучше быть одному, чем с кем попало. От обывательского благополучия, от ограниченности, от пресловутого равенства, от лицемерного панибратства, от круговой поруки, от вечной непритязательности, от бесталанности, что выдается за скромность, у нас сводит зубы. И язык наполняется ядом. Мы будем жалить вас, пока вы не прозреете. Говорят, что мы - соблазн для остальных. Мы - не соблазн, мы - ваша проверка на прочность.

Lauren Lewis: Рейвенкло. Мне всегда казалось, что это просто, проще всего: знание это сила. Интеллект это достояние. Глупые всегда проигрывают, так как не умеют выбирать. Мир - большая библиотека, и если ты знаешь коды доступа, весь этот мир ляжет у твоих ног. Люди склоняют головы перед чужими мыслями, перед мощью разума или знаний: как бы дики и самодовольны они ни были, есть то, что мощнее и важнее их. Чародей - это всегда книжник. Или чернокнижник. Так просто. Это было легко - красота абстрактных формул, язык цифр со своим ритмом и рифмами, объемы пространства, повторяющие тот библиотечный свод, что незримо парит над нами. Невесомая геометрия, нити Ариадны в лабиринтах чужих идей, лучи, идущие их глаз понимающего человека. Прозрачная и ясная кровь людей, превратившихся в каталоги. Ирреальные и смелые конструкции, которые конструирует разум - он никогда не спит, он вечно возводит стены-ограничители и кровли, он распахивает окна, чтобы внутри и снаружи был свет. Мне кажется, любовь подобного человека - это полет среди стальных облаков и лазурных небес, полет без приземления. В юности я думал, что сердце и разум - это два разных этажа со сломанной лестницей. Либо - либо. Это было привлекательно. Не затрагивая чувств, любоваться совершенством мысли. Я догадывался, конечно, что любая проявленная форма - локон девушки, трепетавший на ветру, рука, держащая смычок или секиру, поцелуй, тень высокой башни, мозаика цветного стекла, открытые улыбкой губы - все это форма чьей-то мысли, и сталкиваясь с этим, я вижу, осязаю и всеми чувствами поглощаю мысль. Это было так банально. Девочка-заучка с книжкой на коленях и мальчик-боец, голос улицы, которому чуть-чуть не хватает манер. Идеальная пара. Это подлинная история Ровены Равенкло, дамы с Единорогом, и Годрика Гриффиндора, рыцаря с мечом. Ты уже однажды рассказывала мне об этом. В детстве. Ты была моим лучшим другом. С тобой было интересно - порой весело, порой страшно, порой невыносимо грустно. Я думал, наша дружба продлится долго, всю жизнь, которую ты тратила бы на старые книги, древние языки, ошибочные расчеты и парадоксальные афоризмы - если бы не мои обстоятельства. Я так любил делиться ими с тобой! Ты никогда не вызывала моей зависти или ревности, и никогда не переходила моей дороги. Как и твоя стихия - воздух - ты была прекрасным дополнением ко всему, что я делал. Столь нужная мне рассудительность и столь гармоничная уверенность в лучшем. Ты посмеивалась над собой и моими вопросами, где твои кавалеры. «Я рыцаря ждала в библиотеке, а он в библиотеку не зашел». Тонко подмечено! Лето после выпуска. Я ржал, как грузчик. - Ты встречаешься с кем-то? - Ну конечно. - И как? Это серьезно? - Слушай, он лучше всех. У него такая нежная кожа. Гладкая. Правда, он довольно тяжелый, но мне больше нравится, когда он сверху. Никогда не забуду, как облила его вишневым соком, пришлось облизывать… Он так мило корчился… - Ты про кого это говоришь??? - Ну, а то ты не знаешь. Про мой Волшебный англо-немецкий Словарь! - Тьфу! Я думал, это наконец парень! - Ну, это в будущем. Я не готова к измене. Вот почитаю еще, подготовлюсь - и заведу ухажера. Конечно, смешно слышать о непременной измене в 17 лет. Нелепо верить в то, что книги не предают, а люди - постоянно. Наверное, ты просто еще не любила. Или, может быть, тебя кто-то когда-то обманул. Мне потребовалось 30 лет, чтобы я понял, что моя жизнь без тебя не имеет смысла. Я хотел подарить тебе тот мир, который знал и в котором жил. Я чувствовал себя сиротой без твоего ясного взгляда и глубоких, захватывающих, неженских мыслей, которые ты изрекала так же просто, как дышишь. Я чувствовал… голод. Когда я осознал, что задыхаюсь в чаде самолюбия, глупости, тщеты, мелочных проблем и бытовой злобы - я пришел к тебе. Помнишь? Я пришел, чтобы сказать тебе самое важное за все эти годы: что я, кажется, тебя люблю. Ты улыбнулась - и отказала мне на том основании, что все это ерунда, старые тени, недокушеные локти. И еще ты сказала: найди себе ровню. …Занала бы ты, как я ненавидел твои дурацкие книги!!! Они лишили меня всего: твоего внимания, твоего взгляда, моего места в твоей жизни. Я направил волшебную палочку в свой висок. Ты сказала: брось дурить, мы друзья. Так было 30 лет, и это многого стоит. Нет - ты не презирала меня. Но я абсолютно точно понял, что если я сейчас умру - ты не будешь безутешна. Тогда я направил палочку на твой гребаный книжный стол, на твои гребаные полки, свитки и всю эту рухлядь, от которой веяло лишь смертью. Которая заморозила твою душу. Я помню, как они вспыхнули. Прости меня. Конечно, ты выбрала их. Не меня. … Знаешь, что самое ужасное? То, что сейчас я сижу и пишу книгу. Или не книгу - признание. Я ПИШУ, вместо того, чтобы кричать или оправдываться, или вместо того, чтобы убивать, побеждать, завоевывать, выбирать брачные кольца, покупать билеты на Мальдивы. Или вместо того, чтобы чинить каминные сети. Напиться было бы более логично. Я пишу, чтобы понять. Как могло случиться, что любовь - это не то, что ты говорила, не то, что я думал, не то, что пишут поэты, не то, на чем строят теоремы философы или моралисты, не то, не то, не то. Как случилось, что я никогда не интересовался тем, что ты делала? Чего желала? Чем жила? Не применительно ко мне - а сама по себе? Как случилось, что мой мужской рассудок, который все так точно просчитал, оказался слепым и проиграл твоему - в сто раз более независимому и в сто раз более чистому? Как вышло, что ты оказалась права? Как вышло, что я лгал себе 30 лет и не замечал этого, любил тебя - и не мог признаться, не жил тобой, не погибал из-за тебя - и не замечал этого? Как вышло так, что книги не предали тебя, а я - предал? «Я рыцаря ждала в библиотеке, а он в библиотеку не зашел». Ха-ха-ха. …Синдром Цирцеи. Порог библиотеки превращает рыцарей в свиней. Видимо, это были твои последние слова. Я имею ввиду, обращенные ко мне. Я видел, что ты спасала не книги. Ты спасала то, из-за чего все они хоть что-то стоят. Надежду на то, что придет завтра. Веру интеллекта в свое бессмертие. Это было так нелепо - роман с мировой библиотекой. И это было так страшно, бесчеловечно, поучительно и… справедливо. Ты, конечно, давно прочитала в них каждый лист. Никогда ты не ощущала особой сладости обладания редкостью - твои книги были в разном состоянии. Ты никогда не гладила их переплеты. Поэтому я порой считал, что все это несерьезно. Я никогда не забуду твоих глаз, смотрящих прямо в мою душу поверх горящей бумаги. Ты - ЗНАЛА. Ты совершенно точно знала, что любовь - это не то, что пишут в книгах или что говорят влюбленные. Любовь - это книга со многими уровнями смысла, со многими подтекстами и чарами, написанными на полях. Каждый любит так, как он умеет читать. И только то, о чем он способен читать постоянно. Вот и все. Тебе хватило ума выбрать по зову сердца. Ты знала, что я должен написать это. Я был для тебя прочитанной книгой. Прости, что оказался тебе неинтересен. Банальная история. Только совсем другая. Кому-то не хватило волшебства не завоевывать чужую любовь, а просто стать ее достойным. Играя или сцепив зубы превратиться в книгу, которую можно перечитывать несколько раз. Или мой предел - всегда - криминальный комикс? Почему я никогда не задавал себе эти вопросы прежде? Весь мир - это не кладбище книг, это многоголосых хор вечно живых голосов настоящего и прошлого, каждый из которых может быть подхвачен будущим. Это самые мощные чары на свете. Они связывают человека и знак. Все люди - это тексты, и самые любимые из них всегда будут объектом страстей, преступлений, заботы, нежности, объектом вечного возврата, мерилом нашей собственной цены. Последний лист всегда написан кровью. Ты знала это с самого начала, и не по прихоти Шляпы Твое царское имя начиналось с той же буквы, что и твой факультет. Ни то, ни другое ты не могла предать. Регина. Предательство - это продолжение невежества. Прости, что я понял это только благодаря тебе.

James Potter: Посвящается Low Activity и возвращению всех-всех оттуда. Lumier: The Game. Part seven. Прошу простить меня за мое идиотское чувство юмора, вкуса и умение выдирать слова из контекста. Дети подземелий. Посты #1 - #15. пол сотрясся и, не выдержав такого удара тоже обвалился вниз, образовав огромную полукруглую яму, в которую съехали несколько котлов, куча камней и герда. © GameMaster Артемисия же, между тем, стояла столбом, кашляла от пыли и являла собой бесполезный соляной столб конструкция казалось довольно устойчивой: все стремится к равновесию и, похоронив под собой половину кабинета, обвал наконец-то обрел свое. грамотные эвакуаторы не только откопали бы заваленных, но и вытащили провалившуюся Герду, которая, очевидно, была жива, и вообще проявили бы чудеса ловкости и взаимовыручки. Элфорд в дело оказания первой помощи не вмешивалась: с ее неловкостью она, пожалуй, только волшебным образом сделает из всех переломов Габриэль переломы со смещением. если бы не разорванный рукав да отсутствие мантии, Арти бы серьезно усомнилась в собственной вменяемости Без особого энтузиазма Артемисия последовала за однокурсниками. Без энтузиазма - потому, что насколько Арти могла припомнить нудный курс истории магии, в восьмидесяти процентов случаев, в отсутствие какой-то ярко выраженной опасности для жизни, всегда оказывалось, что лучшим выходом из любой ситуации было бы "сидеть и ждать подмоги". Даже так "сидеть и ждать квалифицированных спасателей, которые точно знают, что делать, а не шляться по темным коридорам, где пахнет сыростью и гнилью, а окружающая темнота будто бы наблюдает за тобой недобрым взором". © Artemisia Elford Что ни говори, а им все же повезло. Да, они в замкнутом помещении, в дыму и пыли, ушибленные, оцарапанные, напуганные, но живые. А упади эта плита иначе - тут, пожалуй, и хоронить было бы уже некого. Испугаться она не то, чтобы не успела, скорее устала пугаться. Ну один раз, ну два подряд... но три и четыре обычно вгоняют либо в апатию, либо в конструктив Прайс вдруг остро пожалела, что здесь нет Рианнон, подруга бы сейчас высказала все, что думает сама, что думает Ланфир, и еще немного сверх того Да что там, ей сам воздух не нравился, не говоря уже о нехорошей тишине в темных коридорах. То есть, все логично, откуда тут быть громким звукам, да и звукам вообще, но казалось, что тишина эта затаилась и наблюдает. Смотрит в спину. Ждет. © Llanfair Pryce Странная находка. Посты #1 - #10. Элфи бежала по коридорам, сама себе напоминая ту Золушку, даже чуть было не потеряла туфельку. Правда, совсем не от принца, а скорее к нему - Алленби вполне мог бы называться этим словом, хотя в ее истории он скорее играл роль доброй феи. Но в какой сказке вы видели героиню, влюбленную в фею-крестную? И еще вопрос: в какой сказке у феи-крестной косая сажень в плечах и выгоревшая блондинистая шевелюра? леди Финола Лионелла (здесь должно быть еще несколько имен и титулов) © Finola Mortimer Лермонт нахмурился, про себя обещая мелкой, что если это был такой розыгрыш, то она, несмотря на свои шестнадцать, которыми так гордилась, еще неделю на задницу не сядет. иногда, чтобы выбить дурь из головы, надо бить пониже поясницы. © Fiann Lermont Никого из присутствующих она не знала - ну, кроме как по именам. Рэйвенкловец - кажется, Вивьен, хаффлпаффец... забавная такая фамилия... нет, не вспомнить. А имя, вроде, Олли. Девушка - похоже, что с шестого курса. Странная компания, и впрямь, не хватает только слизеринцев. *** Однако, следующий поворот нимало не напоминал путь к лестнице. Тупик там был. Тупик и какие-то студенты - по дороге они чуть не столкнулись со спешащей прочь Финолой Мортимер. В общем, слизеринцы не замедлили появиться, как любое лихо, о котором упомянули не к месту. © Finola Mortimer & Fiann Lermont И уж точно ее сестра не была похожа на эту непонятную девицу, совершающую непонятные поступки по непонятным причинам - в отличие от Фианна Изольда искренне считала, что Уиннифред не надо было даже напиваться, чтобы совершать эксцентричные поступки, ее разум был довольно поврежден и без воздействия алкоголя. © Isolde Travers Праздник в Хогсмиде III. Посты #1 - #30. Все пропустили - так уйдем красиво в нескольких других ее соратников прилетело великое множество камней. Изящный поворот, прощальный взмах рукой: будто бы все видят, как она прощается с ними. Она оставила всех там, позади, спокойно идя по направлению к замку и наслаждаясь собственной победой. Она вышла сухой из воды, как всякий раз, когда они вместе шли на какое-либо дело. Молодые люди могли пострадать, могли удариться, в них могло попасть заклинание, но Беллатриса оставалась нетронутой куклой, украшением их компанией, украшением самого Лорда. Она была драгоценностью, которую берегли, она была священным Граалем, она была бриллиантом, она была всем. Она знала, что это только начало. © Bellatrix Black Есть люди, которым дан выбор, а есть те чья судьба предрешена с тех самых минут как только они делают свой первый вздох. Люциусу Малфою посчастливилось родиться в одной из самых чистокровных и древних семей. Посчастливилось быть сыном Абраксаса Малфоя, и посчастливилось вместе со всеми дарованиями судьбы, быть его любимой марионеткой. Но марионеткой он уже давно не был, наверное метка на предплечье была последней игрой на сцене. Последним выходом перед любимой папашей. Только иногда Люциус всё равно задумывался, что из рук одного кукловода, он довольно плавно перешел в руки другого... Где-то справа от него раздался голос Беллатрикс, но Люциус не слушал её. Он вообще ничего сейчас не воспринимал. Был серый мир и цветная Нарцисса © Lucius Malfoy вся человеческая – и магическая, и магловская – история наглядно демонстрировала всем хоть чуть-чуть интересующимся, что Путь Слов – путь долгий, изнуряющий зачастую ложный, в отличии от проверенных и достойных доверия Пути Кулака В Челюсть и Пути Пинка В Живот. Однако когда Феникс схватила старосту за руку и потащила в сторону выхода, явно намериваясь, будучи на веселее от передоза адреналина и, похоже, сахара, получить максимум возможных травм на память об этом приключении, та даже не стала сопротивляться, столь силен был шок от столь невиданной наглости. вряд ли кто-то решится посягнуть на её вещи – в пабе собралось достаточно подлецов, обманщиков, мошенников всех сортов и даже пара убийц, если конечно Линд не изменяет память, но вот самоубийц среди них не водилось Эмбер осторожно выглянула в окно, быстра оценивая ситуацию. Как она и предполагала, снаружи творилась небольшая, но очень живенькая репетиция Конца Света: все горит, плавится и временами взрывается, грешники в священном ужасе мечутся по улицам не знаю куда податься – и ангелы Его, почему-то правда в черном и стали, карающие тех, до кого успели дотянуться. - Значит это и были знаменитые ‘Жратели? Не убедительно как-то, слабенько. И зуб даю на отсечение, один из них вообще баба © Amber Lind Они были едва знакомы… но Лестранж! Это же Лестранж! © Rabastan Lestrange Герой должен выйти из низов. Это одна из непоколебимых основ мироздания. Герои выходят из низов. И даже если будущий герой, урожденный граф, в детстве он несомненно похищается шайкой компрачикосов, бродячих артистов, цыган, или стаей волков; на худой конец, сусликов. Неважно, главное, чтобы путь к славе и богатствам пролегал сквозь обильные заросли крапивы, кактусов, шиповника, терний и прочих зловещих растений, выдуманных природой с единственной целью – превратить жизнь несчастного героя в сплошную полосу высокотехничных препятствий, а по возможности изорвать этого самого героя в лоскуты. судьба слепа, но у нее первоклассный нюх. Но все это сказки. Жизнь страшнее. Жизнь героев унижает. Унижений Северусу Снейпу за свои недолгие семнадцать лет хватило сполна, осталось заполучить корону. Хотя сперва неплохо было бы поберечь голову. Корона в отсутствии головы – аксессуар несколько нелепый, в такой ситуации гораздо органичнее смотрится гроб. Жаль, Снейпу не удалось принять в нем более активное удовольствие. © Severus Snape никто не решался ухваживать за странной Бенвилл, впрочем это было бы слишком странно. кто-то со всей силой врезался в неё и Сцилла прямо влетела на необыкновенную Риту Скитер. © Priscilla Banville Профессор все еще находился в легком шоке от мысли, что Пожирателям Смерти оказалось так просто ввергнуть в панику жителей Хогсмида, а меж тем Хогсмид – исключительно магическое поселение. Здесь маг на маге сидит и магом погоняет. Но, видимо, волшебную палочку некоторые отдельно взятые личности привыкли носить всего лишь как оригинальное дополнение к новенькой, с иголочки, мантии такого модного в этом сезоне… какого-то оттенка. Видимо, он еще не в полной мере осознал, насколько работа преподавателя отличается от работы в Министерстве Магии. В Министерстве от вас многого не требовалось – главное прийти вовремя, уйти с пятнадцати минутным опозданием и не забыть подарить шефу на День Рождения коробку конфет. Все. — Что вам нужно? —Нервно бросил темно-синий маг. — Кто вы такой? Кто эти дети? Мы должны заниматься Пожирателями. Не отвлекайте… Ну, что молчите? А, быть может, вы с ними заодно? — Волшебник махнул рукой в неопределенном направлении. Де Вриз удивленно вскинул брови. — Нет, если вы имели в виду вон то кирпичное здание, я не с ним. © Raymond de Vries Операция провалена, среди студентов есть раненые, возможно, даже, не дай Мерлин, жертвы. А она что? Давала советы коллегам, как обычно, пыталась контролировать ситуацию, а нужно было сразу бежать, может быть, успела бы. Бы. Это слово определяет ее жизнь, все у нее в сослагательном наклонении, еще с осени, а раньше все было в настоящем и будущем. А начальству рапорт подавать она будет в прошедшем. Не сумели, не успели... © Dorcas Meadowes — Вы болван, мистер Дженкинс! — орал Муди на ссутулившегося коренастого волшебника в ярко-лиловой мантии. — Хуже того, вы тупица! Как можно было упустить того Пожирателя? Во имя Мерлина, вы вообще в школе учились? Он, видите ли, неудачно бросил Ступефай! Он, видите ли, Ступефай бросил! В следующий раз бросайте камни, ясно? Камни бросайте! Выйдя на улицу, Муди выругался – громко и отчетливо, так, чтобы сами стены поняли – сейчас Муди лучше не трогать, ему все равно что вы все такие твердые и каменные – снесет вместе с фундаментом. В Хогсмиде по-прежнему творилось черт знает что. Авроры, словно слепые мыши из маггловской притчи, ходили взад-вперед с видом исключительно идиотским. Можно подумать, они сюда на пикник явились. Не хватало только, чтобы кто-нибудь из них достал из кармана сосиску и решил поджарить на углях ближайшего дома. Аластор хищно оскалился – вот только попадись ему такой умелец, он уж точно знает, каким местом этому умельцу придется сосиску жевать. © Alastor Moody — К слову, я давно хотел тебе сказать, — продолжал Муди. — Я и правда думаю, что когда-нибудь ты вполне сможешь сменить меня на посту. У тебя есть хватка. У тебя есть талант. Далеко пойдешь, если перестанешь после каждого поражения рвать себя в клочья. Поверь, для этого всегда найдутся и другие желающие. А ты мне нужна живая. И здоровая. - Сменить тебя на посту? То есть, ходить, вправлять всем мозги, кричать: "Вы болван! Нет, хуже того, Вы тупица!", начинать утренние летучки фразой: "Ну, мои дорогие идиоты" и... <...> — Но ты права, что-то я рано начал говорить об отставке. Пока у меня нет ровным счетом никого желания уходить на заслуженный отдых и лишать вас, мои дорогие идиоты, здоровой порции адреналина с приправой из рационализма. Уйди я, вы же распуститесь, потеряете бдительность, станете ленивые и флегматичные, тогда пиши пропало, — Аластор перевел взгляд на Доркас и поспешно добавил: — Я шучу. Просто глупо думать об отдыхе, когда впереди столько работы. До тех пор, пока последний из этих сволочей не будет посажен в Азкабан, ни о какой женитьбе не может быть и речи. Да и потом, полагаю, найдется не много желающих скрасить мой холостяцкий быт. Я, видишь ли, жестокий тиран, а женщинам это не очень нравится. Не понимаю почему. © Alastor Moody & Dorcas Meadowes Не было никакой определенной цели, такой, как "размазать всех этих ублюдков по еще оставшимся целыми стенам в стиле арт-нуво" или "прикрыть своим телом от Непростительного Проклятия стадо малолеток" Джин не успела подумать. Просто не успела, вот хоть ты тресни - ну бывает же так, в самом деле, а? Только мелькнула мысль, что уж с Эйрин ей бы ссориться не нужно, что эта вот ехидная и наглющая красотка - одна из тех немногих, кто относится к ней, Джинджер, на удивление хорошо. Но - вот незадача - крепко сжатый кулак уже летел прямо в лицо Эйрин Бертон, и через какое-то мгновение оставил там... неизгладимый отпечаток. © Ginger Lennox Bonus-track: О чем вы думаете? 14.2 Alice Flint ладно, я молчу Severus Snape И правильно. Разговаривать мы будем позднее. И, смею вас уверить, не только разговаривать. Хм-хм. Ну, все молчу. Alice Flint Лучше как раз таки не только разговаривать. Ибо поймёте - почему. ))) Severus Snape При звуках этих слов профессор де Вриз ощутил настоятельную потребность сжечь все свои рубашки и пару комплектов брюк. "Оставить ли носки? - подумал Раймонд. - А, к черту!" И поджег шкаф целиком. Так погибла Нарния ps. светлой памяти Нарнии посвящается © Alice Flint (читай: Lauren Lewis) & Severus Snape (читай: Raymond de Vries)

Andromeda Black: James Potter пишет: ps. светлой памяти Нарнии посвящается Ты гениален Поттер

James Potter: Посвящается заболевшим, чтобы они выздоравливали. Lumier: The Game. Part eight. Прошу простить меня за мое идиотское чувство юмора, вкуса и умение выдирать слова из контекста. Литературный Конкурс "From Another Angle" Бэнджамин Итан Натэниель Нейман, сидел у кресла в форме ракушки и с умным видом и очень затуманенным взглядом слушал излияния Беллатриссы Блэк. - Никто не понимает меня, Нейман! Все вы думаете…что я черствая…злая…сухая!! А ведь это не так, я люблю котят с розовыми ленточками и земляничный джем на завтрак!! А ещё я люблю этого имбецила... - она с чувством пнула русалочьим хвостом сопящего рядом Сириуса. - ...он же ведь родня!! Абраксас не счел нужным особо тратиться на маскировку, но простота его костюма не оставляла особого пространства для фантазий. - Аполлон или король-солнце? Визит в Хогвартс самого Министра Магии Сэмюля Сэлвина сопровождался безумной суматохой. За день до его прибытия штатные авроры прочесали замок от подвала до Астрономической башни и все подозрительное уничтожили, заперли, заколдовали, утилизировали, поймали-одели-причесали-отправили на уроки... Словом, объект был чист - Садитесь, - заявил министр и шлепнулся на свое рабочее кресло, закинув на стол ноги. Мисс МакКехт проделала то же самое. - Хм... И кто здесь министр? - холодно поинтересовался Сэлвин. Ты думаешь о том же, о чем и я, миссис Норрис? - поинтересовался завхоз. - О том, что он больше похож на убийцу, чем на музыканта? - мяукнула она ему в ответ. - Нет, конечно. Я думаю о том, куда дел свои беруши. В этот момент, не особо замеченный во всеобщей панике, в зал влетел на метле специальный агент 0, Аластор Муди, хотя его настоящего имени, конечно, никто не знал. Если вы хотите поинтересоваться, почему он агент 0, самое время, потому что сейчас начнется самое интересное, и будет уже не до того. Дело в том, что сначала Аластор Муди был агентом 00, но, после несчастного случая во время обезвреживания опаснейшего преступника, руководство решило продвинуть Муди по службе и удостоить его однозначного номера, что лишь подчеркивало его высочайший профессионализм, а также намекало на то, что моноклем ему теперь было бы удобнее пользоваться, чем биноклем. Его переполняла злость - злость на судьбу, отнимающую у него отца, и злость на брата, который не только предал их, но и заставил его, Ивена, принять ответственность, к которой тот был не готов. Он не мог стать доном - не сейчас, он слишком молод... "Хватит," - сказал сам себе Розье, - "отец верит в меня, и я не подведу его. Молодость - вещь проходящая. А Северус... что ж, пора ответить за мою сломанную железную дорогу, братик". На данный момент Поппи Помфри беспокоило два вопроса: что делать и где взять спирт. Первый вопрос был вопросом скорее риторическим, а вот второй насущным, потому что сейчас сильнее всего Поппи Помфри желала напиться. Если повезет, до синих чертиков. Сильнее всего советник напоминала криволинейный интеграл – такая же холодная и по сути никому не нужная, кроме, разумеется, математиков. - «Вирджиния», капитан, - бесстрастно начала советник. – Пассажирский корабль. Судя по моим данным, он принадлежит пансионату благородных девиц «Белая роза». На его борту полно… - Д-девственниц, - благоговейно закончил первый навигатор Регулус Блэк, и Поппи отчаянно пожалела, что не захватила с собой годовой запас клизм. - Мистер Блэк! – капитан Лавгуд гнусно хихикнул. – Курс на разврат! Я хотел сказать «перехват»! Ксенофулус сидел за столом, неестественно выпрямив спину, и болтал без умолку. Симпатичная дамочка лет двадцати, кажется, ее звали, Мила, слушала капитана внимательно, чуть приоткрыв рот, давая окружающим возможность насладиться зрелищем ее удивительно ровных белых зубов и влажно блестевшего розового язычка. Стоит ли удивляться, что капитан Лавгуд глаз не сводил с этого язычка, даже забывая посмотреть в область декольте. А ведь это было не обыкновенное декольте, это было квазидекольте, казалось, глубиной разреза не уступающее Марианской впадине. Регулус Блэк, надо отметить, парень довольно сообразительный и вполне сносный, теперь методично ерзал на стуле, пытаясь заглянуть в щедрый разрез блузки своей соседки («Ну хоть один ведет себя по-мужски», - удовлетворенно подумала Поппи) в поисках топографических неровностей женских коленок. Девушку разбудил шум, доносившийся из соседней каюты. Каюта принадлежала Регулусу Блэку, а вот кому сейчас принадлежал Регулус Блэк, Поппи выяснять не хотелось. Достаточно было прислушаться к сладострастным охам и ахам, чтобы понять – если Блэк кому-то и принадлежал, то принадлежал с потрохами. Последнее, что доктор Поппи Помфри услышала в этот день, был писклявый женский возглас «о боже! Он такой огромный!» и суровый ответ Регулуса – «Да, папа подарил мне его на прошлый Новый год». Магия ведь так просто не исчезает. Это вам не девственность! Профессор МакГонагалл нервно поправила дужки очков. - Вы говорите, мистер МакКехт, Поппи отыскалась в чулане? - Именно так, - подтвердил Мордред, для пущей убедительности активно кивая. - И вам удалось заставить ее выпить противоядие? - Абсолютно точно. Правда, не без усилий. Она была уверена, что мы – космические девственницы с Плутона, решившие захватить мир. - Во имя Мерлина, мистер Филч, ну не молчите же! - Он не может говорить, профессор, - усмехнулся МакКехт.- Вы, должно быть, не знаете, но мистер Филч первым продегустировал волшебную траву мистера Рассела и теперь он уверен, что он никакой не мистер Филч, а глава службы безопасности на звездолете «Бесстрашный» - генерал Суворов. Но поскольку плохо справился со своими обязанностями, я велел ему до первой звезды не наливать… - Что не наливать? - Противоядие, конечно. Он обиделся и с тех пор молчит. Вот дурак. Он даже не подозревает, что на нашей стороне Луны никогда не видно звезд! Профессор нахмурилась. - Что вы тут несете, мистер МакКехт! - Истину! – ответил Мордред, извлекая из кармана плотно набитый косячок. – Присоединяйтесь, профессор, трава действительно волшебная! © Конкурсанты Литературного Конкурса "From Another Angle" Всякость с просторов думалки. Ешьте, дети мои, вкусно)) Невкусная еда - от Лукавого и отдает ересью. © Fiann Lermont Мир Линд место простое: Линд не видит пост = Его нет --> Автор невидимого поста получает Пинок © Amber Lind Зато в честь Люмьера называют не только детей, дизайны, ругательства, опасные болезни, но и самых настоящих Администраторов. Такого я еще не встречал Ну, я полагаю Яксли все поймет. Он как-никак моя дочь. © Severus Snape

Winifred Lermont: James Potter пишет: Ну, я полагаю Яксли все поймет. Он как-никак моя дочь. Ой, а я этого не видела! И не знаю о чем там говорилось!

James Potter: Посвящается Розье и хэллуинскому настроению. Le sommet de la Lumièrе: The Game. Quotations. Part nine. Прошу простить меня за мое идиотское чувство юмора, вкуса и умение выдирать слова из контекста. Somewhere somehow. Посты #1 - #3. они пока не догадывались, что стали жертвами острого слуха Софи Клирвотер. © Sophie Clearwater Лучше быть запуганной мышкой, прячущейся от вальяжных и беспощадных кошек, которые, что страшнее, не убьют сразу, а вначале позабавятся в угоду своим желаниям разнообразить свой быт. Страшно-страшно-страшно. Это были уже недетские игры. © Euphemia Bulstrode Больничное Крыло. Посты #1 - #36. отщупать пульс © Phineas Yaxley По дороге к БК Мордред машинально достал из кармана бутылочку с зельем, которое давно приучился глотать, не морщась, и цинично употребил его прямо над телом бессознательной Софи. во владения медсестры МакКехт вступал, подобный ходячему овощу - мозг работал медленно и слабо, а эмоции отключились вообще. Мордред демонстрировал чудеса понимания и сообразительности, его рассудка сейчас хватало исключительно на то, чтобы правильно собирать увлекательный конструктор "Поломанная гриффиндорка" и куда ты ползешь? И вообще зачем ползаешь? он рывком вздернул в воздух со стула Она еще более тяжкая, чем ты думаешь, и скажи спасибо, что я не влил в тебя полпузырька снотворного для красивых цветных снов до завтра. Знаешь, под ним такие адские розовые домовики снятся, я б не пережил... - Не буду я тебя развязывать, - надулся Мордред, демонстративно протирая руку полотном, смоченным в антисептике, - ты меня кусаешь своими зубами ядовитыми, а я тебя давай развязывай. Ты же неадекватна, Ронэн! То по полу ползаешь, то кусаешься... Потом пойдешь людей убивать, а я буду виноват. © Mordred McKecht Она бы с удовольствием вернула все обратно, ведь всего день назад она, может, и была никому не известной гриффиндорской девочкой, зато никогда такое огромное количество людей не желало ее смерти. Пока она была без сознания, все было в порядке, никакие угрызения совести ее не мучали, ей было легко и приятно, зачем только ее заставили вернуться в себя, здесь было неуютно и жутко стыдно? не думать о случившемся не получалось совсем, особенно, когда доказательства твоего скверного поступка заполняли чуть ли не половину больничного крыла. © Sophie Clearwater Эль открыла глаза и с удивлением обнаружила, что потолок остался цел, несмотря на то, что последним ее воспоминанием было именно то, как он рушился прямо ей на голову. Она поначалу замерла от шока, надеясь, что МакКехт умеет вправлять обратно вылезшие из орбит глаза беспалочковой магией будущая сотрудница Аврориата еще не владела в должной степени, да почти ни в какой не владела, поэтому Эль просто зарычала и, поняв, что голос опять к ней возвращается, просипела весь набор ругательств, который знала сама и который слышала от Фина и Иштвана, вспомнив также папины ругательства на арабском из далекого детства. в голове боль устроила дикую пляску © Yael Ronen Похвала из уст Раймонда де Вриза не просто похвала, она сродни общемировому признанию. (не забывайте, что Хопкирк природа подарила росту метра полтора и ей абсолютно все кажутся высокими) - я ужу спокойна, профессор. Хопкирк развернулась и бросила сосредоточенный взгляд на соседнюю койку, на которой к её превеликому удивлению покоилась знакомая гриффиндорка © Mafalda Hopkirk Выяснилось, что работа с детьми ничуть не легче возни с кусачими покрышками, с одной разницей – в отличие от покрышек, дети бывают еще и чересчур болтливыми. Эмоции – штука вредная, к ним легко пристраститься, а противоядия до сих пор не изобрели. Директор, Раймонд имел возможность убедиться на личном опыте, обладал уникальным талантом преподносить даже самую паршивую весть с нотками оптимизма в голосе. Де Вриз же делал все с точностью да наоборот. У него почему-то все новости оказывались либо плохими, либо ужасными. И не имело никакого значения, что в таких новостях главным образом фигурировали пушистые котятки. © Raymond de Vries Что там? Перелом? Порез? А Мордред его разберет... Ну, тряпка, соберись, стань шмоткой! Когда колдомедик принялась распаковывать перебитую руку, Алек вытянулся как струна. В чуть остекленевшем, направленном куда-то вдаль взгляде легко читался русский мат, понятный безо всякого перевода. врачебная лапша © Alexander Lermontov взгляд невольно полез в сторону © Winifred Lermont убийства по вдохновению. По данным статистики наиболее часто употребляемым орудием убийства становится обыкновенный кухонный нож (в случаях с кудесниками – воткнутая в глаз волшебная палочка) Пробуждения для Северуса Снейпа всегда являлись своего рода головоломкой, очень похожей на ту, что приходится решать одноногому саперу решившему прогуляться в бурю по минному полю. С одной стороны жалко терять последнюю конечность, с другой – профессиональную репутацию. Впрочем, если в жилах Рианнон и текла какая-то особенная субстанция, вероятнее всего, это была царская водка. Вицлипуцли И еще ни одного героя не отпугнула перспектива того, что тернистый путь первопроходца, как правило, пролегает сквозь драконий желудочно-кишечный тракт, а свет в конце туннеля, быть может, и готовит встречу с прекрасной незнакомкой, однако лишь в случае, если эта прекрасная незнакомка работает в хирургических перчатках, или заведует отделением соседнего морга. новости из первых рук не сулят ничего хорошего – первой об убийстве традиционного узнает его жертва. © Severus Snape пожалуй если судить по тону, которым слизеринка сказала эти слова, дальше она была должна предречь сокурснику скорую и кране неприятную смерть от гангрены или заражения крови, и принести свои соболезнования присутствующему родственнику в лице Уинни. Однако нет, оказалось, что все не так плохо. © Rhiannon McKecht Кабинет Директора. Посты #1 - #10. Куда катится мир? Видать пора лишить его колес. Ныне мир изменился, и новый школьный смотритель, небось, не такой стервец. Помнится, он сволочь. Но детей у него не было, и Аластор подозревал, что уже не появятся. С его рабочим графиком невозможно завести даже подоконниковую герань, через неделю завянет, что уж говорить об отпрысках. «Замолкни, — строго приказал себе Муди, когда за поворотом показались замковые ворота. — Оставь философию философам, держи палочку наготове и думай о красивом и светлом. О маггловских люстрах». — Мятная пастила? — вопросительно проговорил Муди. Горгулья услышала, отодвинулась в сторону. — Никогда не понимал любви Дамблдора к сладостям, — довольно громко продолжал он. — Как, считаешь, Доркас, не стоит ли посоветовать директору сменить пароль на, скажем, «тушеную репу»? Муди всегда прав. Когда Муди неправ, Муди прав особенно. Убивают, как правило, с помпой, не скупясь на спецэффекты, литры крови и футы кишок. субординации. Слово-то какое. Им прямо-таки тянет орехи колоть. Периодами задумчивость Аластора Муди походила на летаргический сон. Можно добавить – спящей красавицы, но, во-первых, за все годы работы в Аврорате Муди никогда не спал, во-вторых, слегка недолюбливал прекрасных принцев. Особенно, когда они лезут с поцелуями в самый ответственный момент, да и когда не лезут. Муди любил принцесс. Если бы все проблемы этого мира можно было решить только с помощью головы, природа не наделила бы человека кулаками и среднестатистический житель земли, должно быть, выглядел бы как большой головастик. Аластор не чурался таких действенных способов убеждения, как свежевыкорчеванный дубовый сук и палка с гвоздем. Против «Авады», естественно, такие аргументы не действовали, а вот против любителей ее выкрикивать – вполне. В плане каменного взгляда Дамблдор мог дать фору своей горгулье. Живительную силу тяжелого физического труда оценили еще древние. Именно поэтому преступников, чья вина не подлежала сомнению (или подлежала, однако лень – явление вневременное) отправляли трудиться на каменоломни. Остаток дней, проведенный в ядовитой атмосфере с непременной киркой в руках способен исправить даже самого безнадежного злодея. Если бы зло можно было побороть с помощью красивых маргариток, аврор стал бы самым талантливым флористом в галактике © Alastor Moody - Это кто здесь дамы-то? – театрально удивилась Доркас. – Я вижу только авроров, а они с дамами несовместимы. Да, ничего важного она пока не сказала, но, собственно, было кому говорить, сейчас он как раз появится из-за спины и испортит директору настроение окончательно. Ох, профессор Дамблдор, не будет Министерство развязывать войну, даже пытаться не будет, война и так уже идет, и Вам ли не знать? Только вчерашних игрушечных солдатиков сегодня заменяют солдатики вполне реальные, юные, бесшабашные, не знающие еще границ своих возможностей, не понимающие до конца последствия своих действий. © Dorcas Meadowes

Sirius Black: во имя праздника и гостей :) Скандалы, интриги, расследования. Не детские неожиданности для Гарри Поттера. Только от Северуса Снейпа. И только на Люмьере! Люмьер - мечты сбываются (с) by Severus Snape & Sirius Black

Reginald Avery: Это гениально! Это правда! Это нельзя не запомнить! Да здравствует психиатрическая больница имени Реджинальда Зигмундовича Эйвери, включая всех ее нынешних, и потенциальных обитателей, и да не согнется она под натиском НФ! Отныне, и присно, и во веки веков - Эйвериминь! by Tamsin Wright управдом&главпсихврач - это сила!!! (с) Управдом Тэм Гринхилл и Главврач Подлодпсихушки быстро и эффективно очистят вас от всего лишнего! by Tamsin Wright & Reginald Avery

James Potter: Посвящается Дню народного единства. Lumier: The Game. Part ten. Прошу простить меня за мое идиотское чувство юмора, вкуса и умение выдирать слова из контекста. Доброе утро, Хогвартс. Посты #1 - #51. вокруг было слишком много любопытных хаффлпаффских ушей - которые, к тому же, и так уже вовсю шевелились матери на нее нет, чтобы живо объяснить мелкой мерзавке, как должны вести себя благородные леди. Ну уж точно не орать на весь зал за завтраком. Тот факт, что благородные джентльмены не должны бить в морду других джентльменов (не столь благородных), Фианн даже в мыслях предпочел замалчивать. количество магии всегда равно количеству неприятностей на одну квадратную милю © Fiann Lermont Свобода страшная штука, и может навсегда испортить человека. Сигнусак Блэк шотландец в шоколаде © Lucius Malfoy утро умело обманывать, создавать ложное впечатление чего-то исключительно положительного, чтобы днём все это развеять. Юфи провалилось в сон. Восемь часов чёрной бездны без красок и мыслей. © Euphemia Bulstrode - Уин, у твоего брата был тяжёлый день… и кажется ночь… – последние два слова ведьмочка не произнесла, она пробулькала их в чашку с кофе, ибо в момент говорения сделала глоток. Но главное Фианн всё понял правильно и его красноречивый взгляд, брошенный в ответ... - а? А я про что? Про кофе. © Mafalda Hopkirk привести себя более-менее в вид, соответствующий обычному среднестатическому Бэнджамину Итану Натаниэлю Нэйману © Benjamin Nayman - Этот шотландец просто псих, - с набитым ртом сообщил он, - ладно, зато своего мордобоя он с утра уже нажрался, сейчас вернется сытый. © Evan Rosier Сроки пересдачи будут назначены комиссией, как только будет назначена сама комиссия. © Game Master Для вас будет не удивительным то, что последние события Белла попыталась утопить в красном вине в спальне для девочек со своего курса. Не будет лишним упомянуть то, что сожительницам Пожирательницы тоже пришлось все подряд топить в этом пьянящем напитке, так как у них просто не оставалось иного выхода: те, кто отказывался, этой ночью влачили свое жалкое существование в общей гостиной или других спальнях, и никакие доводы не могли образумить Беллу. Вы осуждаете нас за нашу жестокость, а сами так спокойно говорите ученикам о смерти их сокурсников, об их гибели, точнее, как будто это что-то самой собой разумеющееся. Смерть – хорошее настроение, прямопропорциональная зависимость для Беллатрисы Блэк Раньше Беллатриса всегда четко задумывалась © Bellatrix Black Любовь часто решает пойти проторенной дорогой, и ангелу, вынесшему тебя на руках из огня, ты готова тут же отдать свое сердце навсегда. Правда, столь же часто оно ему совершенно не нужно. © Ashley Thompson аппетита не было, да и какой тут аппетит, когда ты оказываешься настоящей убийцей. © Sophie Clearwater Нервы вытягивались как струны в ожидании дурных вестей. © Alexander Lermontov Летаргическая диапауза – высшее счастье. Кто не согласен, тот пускай попробует каждодневно эволюционировать с восьми до девяти свои вечера Снейп коротал именно за проклинанием всего живого. И кое-чего мертвого. Говорят, счастливые часов не наблюдают; ну и подсчет рюмкам, видимо, не ведут. Такова жизнь, которая – ни для кого не секрет – из всего многообразия литературных сравнений, придерживается сравнений исключительно кулинарных: больше всего жизнь похожа на слоеный торт – никогда не знаешь, под какой вафелькой спрятан сушеный таракан, а в какую масляную розочку плюнул повар. (да, у предмета не обязательно должно быть в наличие горлышко, чтобы к нему прикладываться; о дверной косяк тоже прикладываются, а он даже не стеклянный) в понятии Беллатрикс «дамские пальчики» не имеют ничего общего с томатами, а сердце бывает только вражеским и извлеченным из соответствующей груди. фраза «спас от зеленого змия» по отношению к потомственной слизеринке звучала несколько двояко. С такой же радостью Снейп мог предложить Белле пройтись секатором по ее семейному древу. везет немым – сложно обвинить во лжи человека, не способного говорить даже правду Заповедь о «второй щеке», должно быть, выдумали пластические хирурги. Абстракционизм – тоже искусство и вселенная об этом явно догадалась. классика даже в эпоху господства классики никогда не была в моде. Северус Снейп думал логически; ему нравились холодный металлический блеск рациональных доводов и свинцовая тяжесть логических цепей, однако это не мешало слизеринцу время от времени ловить себя на мысли о том, что стройные ряды рациональных доводов и высокие катушки логических цепей мирно соседствуют в подсознании с левитирующими белочками, оловянными солдатиками и прочей мерзостью психоделических расцветок. Сколь бы тонки и прозрачны не были его намеки, между ним и собеседником непременно вырастала вавилонская стена абсолютного, фантастического непонимания, словно бы молодой маг страдал внезапными приступами шизофазии, или пытался вести диалог с фонарным столбом. Беседа с Беллатрикс Блэк – ярчайший тому пример. — Погода стояла солнечная. Тепло. С открытых лотков торговали выпечкой и сливочным пивом. На импровизированной сцене выступал оркестр. Правда, убогий. Потом явились Пожиратели Смерти. Устроили праздничный фейерверк. Хм… убогий. © Severus Snape темноволосая макушка лежала на его груди, и тихо посапывала. © Clayton Bulstrode Айан был готов ссыпаться мордой в свежую газету © Ian Selwyn Нападение в Хогсмиде. Две ученицы убиты в школе. Не гулять по коридорам в одиночестве. Ешьте. © Artemisia Elford Аластор Муди придерживался теории равноправия. Ему нравилось чувствовать себя равно правым в любой ситуации. У Муди цель не просто оправдывала средства, что довольно обыденно; у Муди все было гораздо сложнее – сами средства иногда оправдывались, то есть просили прощения. Памятью Муди, заявляем со всей ответственностью, можно было гнуть подковы и забивать гвозди. Дети похожи на ветрянку – каждый должен ими когда-нибудь переболеть. Аврор абсолютно не понимал тактики ведения бесед с людьми, не достигшими, предположим, девятнадцати лет. Со взрослыми проще – вы орете на них, они орут на вас; кто орет громче – тот и прав. Лишняя бдительность не бывает лишней. © Alastor Moody Обычно, возвращаясь домой, она зачастую находила либо эльфа, забравшегося на комод или шкаф и с диким визгом отбивающегося от пса, либо пса, подвешенного к потолку и с перевязанной мордой. "Чтобы не кусался" пояснял Тэм © Varvara Draven - Стоять. – Очень хотелось ругаться и сообщить Яксли, что он идиот. © Alice Flint в конце концов что могла сделать эта физически и эмоционально хрупкая девушка против полудюжины здоровых молодых людей, которым кровь ударила в голову и другие места, сыграть им «Оду к Радости» в надежде, что они отбросят в сторону свои различия и сольются в дружеских объятиях? © Rhiannon McKecht road to friendship. Посты #1 - #5. - Двойную порцию огневиски, пожалуйста. Бармен, утопите мое горе. - В чем, прости, тебя утопить, повтори еще раз? © Yael Ronen & Istvan Yambor

James Potter: Посвящается Алисе Флинт, потому что она чудесная Алиса из Страны Чудес. Lumier: The Game. 11th part. Прошу простить меня за мое идиотское чувство юмора, вкуса и умение выдирать слова из контекста. lost horizons (A). Посты #1 - #20. "Тиха украинская ночь, но сало надо перепрятать..." повесив управление на своих, до сведенных зубов, исполнительных помощников Лучше всех было Чарли - мало того, что она постоянно ошивалась в самом теплом помещении корабля, так еще и была проспиртована до состояния "в вашем алкоголе крови не обнаружено", что тоже способствовало формированию стойкого пофигизма по отношению к паршивой погоде. Сэлвин прошествовал к панели связи и самолично вызвал "старшую по девочкам" рыжую красотку. © Ian Selwyn казенные патроны, переплавленные из денег честных налогоплательщиков. - Вот ты когда-нибудь платила налоги, Чарли? Я платила – довольно бессмысленное и затратное занятие. В последний момент она успела ухватиться за ручку, которая вполне могла бы быть и трубой и о назначении которой не имела ровным счетом никакого представления. Рианнон подняла взгляд вверх, туда, где находился капитанский мостик и прислушалась, пытаясь решить для себя имеет ли смысл начать молиться или пока ещё нет в этом необходимости. Потом Рианнон даже почти не удивилась, когда этот неблагодарный мир неожиданно – не иначе как от безрадостности своей судьбы – решил совершить кульбит с двойным переворотом. © Rhiannon McKecht Гостиная Слизерина. Посты #1 - #6. Сначала ничего, а потом выдираешься из какой-то отвратительной дряни, сердце колотится в горле, рубашка насквозь пропиталась холодным потом - фи, какая гадость - и дементора с два ты вздохнешь с первого раза. Ну скажите, скажите, какая сволочь написала в книгах, что приходящие в себя после обморока дамы могут выглядеть шикарно? ревущая во время разговора леди - это вообще крайний случай самого жестокого позора, который только можно себе вообразить. - А вообще, - тоскливо закончила она, - раньше так хорошо было. Ты был веселый со мной, и ну... я думала, может... когда-нибудь, ну знаешь... я вырасту, стану вся такая, как мама, и ты заметишь, и позовешь меня на свидание, и... я дурочка, да? Все говорят, что я дурочка. И вообще, так не бывает, чтобы сразу "больше жизни" и всякие такие штуки, да еще и поцелуй в довесок. Настоящий, а не один из тех, которыми ее Люциус до сих пор награждал - то ли злые, то ли формальные. В голове плыли какие-то совершенно идиотские мысли, вроде того, что она, кажется, совсем не "воспаряет", как кудахтали об этом соседки по спальне, и наверное, это идиотское занятие, целоваться, подогнув под себя ноги - так что теперь они затекли и их колет. Вообще-то это отвратительно, быть такой счастливой, когда вокруг убивают людей и вообще творится всякая чертовщина. Только счастье, как известно, стыда не знает, и вообще довольно эгоистичная штука. © Narcissa Black Её слова ранили слишком сильно, вся эта картина слишком глубоко врезалась ему в кожу, и отчаянно хотелось самому зажмуриться, только не видеть её страдания. Но он не мог, ведь он Малфой, а они не имеют право на слабость. Даже за такую красивую слабость. У отца не было ни сердца, ни души, а значит у него не было слабых мест, которые могли сломить его. © Lucius Malfoy Доброе утро – часть II. Посты #1 - #20. Утро у Мордреда выдалось таким же поганым, как и ночь, хотя бы скрашенная забавным эпизодом похищения Златовласки двумя подземельными монстрами. Это дало ему краткий перерыв между бредом, беспокойством и работой. Немного смеха в темноте. клиническая депрессия была состоянием, свойственным Мордреду примерно настолько же, насколько тому самому дементору - добродушное веселье © Mordred McKecht В данный момент она ощущала себя паралитиком в движущемся теле: безразлично, в сущности, парализован ты или нет, если конечности в любом случае тебе не подчиняются. - Оливер, у меня ужасно кружится голова после вчерашнего. Но меня уже выписали. Не проводишь меня вниз? Спасибо, Оливер. Ответа Шетли она, конечно, не дожидалась. © Amarantha Phoenix Утро никогда не было любимым временем суток-дня-года Эмбер Линд Пожалуй, сейчас она даже в Азкабане оказалась бы с большим удовольствием – хотя говорить об этом в присутствии такого количества Авроров она конечно бы не стала Стоит ли говорить, что её появление на пороге лазарета в окровавленной футболке, с абсолютно пьяным взглядом и убедительно изображающей труп Феникс на перевес, выглядело эффектно. Только через полтора часа отмыкания, обнимания и стойкого желания вот прямо сейчас скоропостижно скончаться, мисс Линд наконец согласилась признать себя живой. То есть она могла стоять относительно прямо, ходить, даже очень осторожно нагибаться, если очень нужно. На счет способности вести связную беседу она пока сомневалась, но существовать в школе ей это точно не помешает. Эмбер, не будучи метафизическим фриком по типу Рианнон или Ланфир, все же кажется поняла, о чем говорил МакКехт, она тоже заметила необычное ощущение в воздухе школы, точнее почувствовала тем особым чутьем, которое приписывают то интуиции, то филейным частям тела, но которое в её случае безошибочно указывало на то, что если есть возможность, то надо сматываться, а если возможности нет, то надо стать спиной к стене и быть готовой ко всему, однако вслух об этом говорить не стала, лишь задумчиво кивнув. Эмбер невесело усмехнулась, вспомнив, как три года назад они с Кормаком на его день рождения в шутку развешивали по Косому и Лютому плакаты «Разыскивается за неуплату долга за особо циничное и аморальное пользование товаром почтенной мадам Боллевин» с портретом главного аврора Великобритании. многие косо смотрели в сторону «зеленого» стола, но в этом не было ничего не обычного – слизеринцев традиционно винят во всем, включая плохую погоду, неудовлетворительные оценки по Чарам и неудачу любимой квиддичной команды в Чемпионате Англии Более того, рыжую старосту безмерно злил тот факт, что кто-то посмел убить – никакой «несчастный случай» на лестнице не может вывернуть человека на изнанку или оторвать руку – кого-то из её людей на её территории. Будь то Пожиратели, чудовище из Тайной Комнаты, карманный дракон Филча или просто маньяк в зеленом галстуке, она ответит перед ней за все. А после – после его тело могу забрать аврорские крысы, её не жалко. Но сначала эта тварь ответит перед ней. гриффиндорцы как обычно пылали праведным гневом – единственное, что они в общем-то хорошо умели. Вот почему всегда получается так: все проблемы, трагедии и переживания достаются «синим» и «желтым», а морды, в независимости от повода, положения планет, политической ситуации и общепринятых понятий морали и этики, бьют друг другу «красные» с «зелеными»? Наверно для этого было какое-то тайное правило школы, в которое свежеиспеченную старосту Линд посвятить забыли. МакКехт-которая-в-юбке - Нет, вы только посмотрите. И эти люди запрещают мне курить в постели! © Amber Lind Густая темно-бордовая лужица влажно поблескивала. Несомненно, кровь. И уже начала сворачиваться. Уокер судорожно сглотнул. Кровь неплохо смотрится в бифштексе, но на библиотечном полу ей никак не место. «Вряд ли кто-то поранил палец», - решил он. © GameMaster "Чем дальше в лес - тем больше дров" Слизеринская староста могла справиться в одиночку. Порой Александер подозревал, что ирландка вполне могла пройти тест на "настоящую женщину" - остановить коня на скаку и войти в горящий дом. Была бы необходимость. © Alexander Lermontov Да они бы и о судьбе своих друзей напоказ не рыдали, в конце концов, это только твое собственное дело, что ты потом будешь бить в спальне, пока никто не видит, и сколько ночей прорыдаешь в подушку, вспоминая несъеденные вместе пирожные. - Правда странно, - дрожа от гнева, поинтересовалась Блэк звенящим голосом, - что один из нас был в библиотеке?! Мы тоже студенты и должны учиться, может, хватит делать из нас мировое зло? Нарси на то и была настоящей блондинкой, чтобы ее если несло - то несло по-крупному. © Narcissa Black Секрета Муди, способного не спать сколько угодно долгое время, не знал никто. и гриффиндорцу, которого трясло как дремучую иву. Муди был в ярости и для того чтобы понять это не нужно было уметь читать эмоции. Стоило лишь единожды попасться ему под руку, когда он в таком состоянии и в течение всей оставшейся жизни, твоя память будет верно хранить в себе образ Аластора-к-которому-лучше-не-стоит-попадаться-на-глаза. говорить мягко, да ещё и с детьми... кто угодно, только не он. Доркас, например, или же Альбус, даже Дрэйвен... но, Боже упаси, только не Муди. Ещё один детский труп им был не нужен. © Varvara Draven Еще минуту назад парень был уверен, что самое страшное событие в его жизни только что закончилось. Гриффиндорец ошибся. Мертвый товарищ с вырванными глазами казался уже не такой жутчайшей штукой, как очень красивая, очень хрупкая белокурая слизеринка с очень тяжелой рукой. © NPC Ну, конечно, они не могли не драться, без этого, наверное, было скучно, тем более, у любого бы в такой ситуации сдали нервы, люди ведь не могут чинно за чашечкой чая обсуждать смерть других людей – и Бэнджи был в этом уверен. Ну да, он же имел склонность верить во всякие брошенные мимоходом глупости, даже не подозревая о том, насколько они глупости. быть полезным как скаут даже наивный Бэн понимал, к чему катится этот день. К дементорам он катится, если так пойдет. Ругаться Бэна учили все, кому не лень, а Юфи наоборот его пыталась отучить, но мысли его пока, слава Мерлину, никто читать не научился. © Benjamin Nayman Хрупкая девочка-ромашка Нарси, которая и мухи не обидит, при всех отвешивает оплеуху гриффиндорцу?! Мерлин, какая же новость будет следующей - неужели соплохвосты разумны?! директор как бы невзначай, тоном, каким обычно объявляли о долгожданном посещении Хогсмида, объявил о смерти двух учеников Бедняга повредился рассудком, увидев труп... ну или чуть раньше. Лет на десять. © Evan Rosier Его переполняла ярость. Очень страшная, фундаментальная ярость. Этой яростью можно было иссушать реки, превращать райские кущи в безжизненную пустыню и при определенной сноровке обращать вино в угли. А если и не вино, то виноградники точно. Муди умел злиться очень профессионально. Разумеется, нет ничего дороже человеческой жизни, но она несколько обесценивается, если человеку, например, оторвать голову, или какой другой очень важный орган. Разозлить Муди не представлялось большого труда. Достаточно не вовремя чихнуть, не вовремя пошутить, или убить кого-нибудь. А что мешает плохому актеру? Правильно, гравитация. Паника чудит с людьми невероятные вещи. Вчерашний герой, столкнувшись с сегодняшним чудовищем, вполне в состоянии обмочить штаны, а натуры тонкие – хлопаются в обморок. Что-то в груди аврора неприятно екнуло. Поскольку сердца у Муди не было по определению, аврор решил, что это бренди просится наружу. Если бы Муди в моменты ярости однажды довелось попасть на карандашную фабрику, по утру весь грифель превратился бы в алмазы. — Мфпф! — трагически проблеял гриффиндорец, уводимый Муди прочь из Большого зала. © Alastor Moody Bonus-track. Вас что, ворд забанил? © Fiann Lermont Вот за что нежно люблю этот форум - на любом другом нас с Лермонтом обозвали бы злобными выпендрежниками и сурово осудили. Тут весь флуд радостно опускает большой палец книзу и предвкушает хлеб и зрелища. © Evan Rosier Космос - последний рубеж. Звездолет "Адмирал Поттер" бороздит просторы вселенной, продолжая открывать и исследовать новые миры, новые формы жизни и новые цивилизации. Девиз команды - "Смело идти туда, где еще не ступала нога Джоан Роулинг" © Severus Snape

James Potter: Посвящается двадцать первому декабря две тысячи двенадцатого года. Lumier: The Game. 12nd part. Прошу простить меня за мое идиотское чувство юмора, вкуса и умение выдирать слова из контекста. Доброе утро – часть II. Посты #20 - #46. остальных гриффиндорцев, которые начали вставать со стола один за другим © Phineas Yaxley Барк поставил чашку на стол как мадам Пинс © Tristan Burke Видимо, почуяв состояние хозяина (а, возможно, просто заподозрив, что тот не для мирных целей палочку вытащил), сова все же опустилась на ближайший стол основные двигатели конфликта © Alexander Lermontov надо сидеть тихо и не привлекать к себе внимания, пока туча, на которую так походил глава аврориата, не пройдет мимо и не обратит гром, молнию и, возможно, что-то из мебели на чью-то чужую голову Великий и Ужасный и его неизвестная подельница ультра-левые гриффиндорцы Некоторым людям надо самые простые вещи разъяснять – и это в то время, когда можно курить. оба были вовлечены в не менее страстную дискуссию с Фианном Лермонтом, тоже каким-то чудом затесавшимся среди «красных» и видимо за эту ночь успевшим вновь отбить свою новую-старую девушку у Розье. «Слизерин и Гриффиндор – сиамские братья на век» старосты же должны друг другу помогать, верно? Ведь мы как-никак одна банда. – МакКехт, ты, я, через два часа на сеновале, - заметив легчайшую тень удивления в мертвецких глазах слизеринки. – А ещё Прасй, Розье, Шетли и все остальные члены клуба смешных значков. - Фин, прости, но я думаю ты сам понимаешь – вход только для членов клуба. Но передай своей блондиночке, - речь шла о Люциусе, - вдруг я её не найду. - Девочки мои, - привычка обращаться к молодым людям в женском роде и знать их девичьими именами была одной из визитных карточек Линд. Того же Малфоя рейвенкловка неизменно именовала «своей милой Люсей». © Amber Lind видит Моргана, он даже не держал зла на Бэмиша, которому пришлось так некстати разбить морду лица у всех на глазах Фианн даже присел на скамью радом с Арти, решив про себя, что надо не забыть поаплодировать каждому по очереди потом: и Нарси с ее блондинистым заходом, и Люциусу, который смотрел на Розье, будто Отелло - даром, что блондин, и сэру Аластору Муди с его лицом, обремененным печатью божественной справедливости и вовсе не обремененным печатью человечности... в общем, было весело. в таком состоянии его видимое добродушие доходило до идиотизма. Ну, или пыталось дойти, а доходило обычно до смертоубийства. Честно говоря, что "повеления", что сама Эмбер беспокоили его примерно с той же интенсивностью, что и ураганный дождь в Глазго в прошлую среду. Хотя нет, дождь даже сильнее, отец писал, что из-за него на день задержалась погрузка виски, предназначенного в продажу на континенте. все хорошо, все хорошо, мир прекрасен, вокруг поют птички, а я сейчас буду расчленять трупы, причем некоторые - еще живьем © Fiann Lermont В общем, тут ещё МакКехт появилась – как она вообще умудряется постоянно появляться там, где творится бардак, и раздавать указания? Загадка. Наверное, старост этому специально обучают перед тем, как выслать им значки. Розье, Малфой, Алекс, авроры, обмороки… весело, короче. © Alice Flint Рианнон говорила мерным, даже чем-то завораживающим голосом, разве что не покачиваясь из стороны в сторону, как змея, гипнотизирующая жертву. © Rhiannon McKecht и он совсем не смущался этого при живой-то невесте © Clayton Bulstrode Наверное, где-то в глубине души Ивен Розье все-таки оставался неисправимым романтиком и последним идеалистом, потому что иначе как остатками этих чувств невозможно было объяснить все еще теплившуюся в душе слизеринца веру в человеческий разум. Пусть с поправками и для ограниченного количества людей © Evan Rosier Лис лениво поповырялся © Mordred McKecht Once upon a time... (AU). Пост #1 и единственный. А между тем, сказочник нервно поглядывал на часы - вступление затягивалось. © Yael Ronen Причины и следствие. Посты #1 - #15. классическое микровыражение библиотечный запах - смесь многовековой пыли и предэкзаменационных студенческих нервов. переварить в мозгу Аластор, до того, как она вошла, успел рассказать ему сказку о тысяча и одном способе отравить человека с помощью конфеты. Есть те, кто идёт по собственному дому, задумавшись, и обязательно обнимается с каким-нибудь «внезапно выскочившим» косяком или дверным проёмом, который «вроде ещё вчера был намного меньше, круглей, мягче… или его вовсе тут давеча не было». каждый игрок в квиддич знал одно простое правило – если ты проснулся наутро после тренировки и у тебя ничего не болит, значит, ты умер. все Дементоры Азкабана стали розовыми и пушистыми, поют рождественский гимн и питаются исключительно шоколадом с орехами. © Varvara Draven Нет, Аластора Муди не мучила навязчивая идея, что у этой поганой стены есть глаза, уши, ноги, пищеварительный тракт, осведомители в Министерстве магии и – чисто теоретически – Черная Метка, закамуфлированная симпатичной драпировкой, или стыдливо прикрытая торшером А еще Муди был человеком безотказным, то есть он не мог прожить и дня, что бы в его организме что-нибудь да не отказало. Сегодня эта была совесть В итоге поход на рыбалку закончился одной поломанной удочкой и целым озером оглушенной ступефаем рыбы. Кошмары преследовали аврора еще неделю. — Ешь шоколадку. Она не отравлена, — буркнул Муди, поглядывая на третьекурсника поверх зловещего предмета чем-то похожего на метроном. — Это была моя шоколадка. Своих шоколадок у Муди не было, поскольку технику производства шоколада аврор пока не освоил, а питаться предпочитал лишь той пищей, которую либо знал в лицо при жизни, либо той, которую помнил еще семенами. если Муди и угораздит спасти мир, то лишь за тем, что бы через полтора часа уничтожить его самолично. Муди задумался. А можно ли в зеркальных карпов смотреться? Муди слушал в оба уха, смотрел на Джендера в оба глаза, и соображал над словами гриффиндорца Муди обоими полушариями своего выдающегося мозга. Конечно, мало героического в третировании пятнадцатилетнего мальчишки, но кому-то же приходится выполнять грязную работу? Иначе никак. Продавцы и библиотекари аврора побаивались. Нет, Муди не загибал уголки страничек, не упаковывал в книги колбасу и даже не переворачивал листы измазанными в томатном соусе пальцами. Муди с книгами разговаривал, вслух. Известное дело – на Гриффиндор трусов не берут. Показушников – берут, горлопанов – берут, идиотов – тоже берут, а трусов нет. Аластор Муди был в шоке. Вернее нет, это шок был в Аласторе Муди. Звучит, конечно, пошло, зато правда. И шоку в Аласторе Муди было очень страшно и очень тесно, потому что все свободное пространство внутри Муди занимала мания величия и неприятное чувство, будто в мире кто-то неправ. На данный момент неправы были два существа: Альбус Дамблдор и пять миллиардов человечества. если Муди дал в глаз – значит, вам повезло, потому что он мог дать еще и под ребра. На мгновение Аластор Муди испугался. Испугался впервые в жизни. Вдруг его противник окажется разумным холодцом? Если в Школе действительно завелась какая-то гадина, нам нужно ее изловить, допросить и размазать по стенке, — Муди ухмыльнулся. © Alastor Moody это было шоколадка он на седьмом курсе, а не такая скотина как остальные © GameMaster Bonustrack. Скорее я просто неплохо знаю люмьер)) Банить всех, администрация потом в банлисте узнает своих. Добрый дедушка Мороз, я весь год была хорошей девочкой, кушала целый один раз в день, слушалась голосов в своей голове и выбрасывала фантики в мусорные баки. Дедушка, проломи мне, пожалуйста, череп. Я знаю, ты добрый и ты все можешь. Большое тебе спасибо. Арти © Sophia Rutherford Прогрессивное мышление, коллега, которое приведет Рейх к светлому будущему, но да. Как говорили классики: "Прогресс - это когда все собираются и долго разговаривают. А потом случается Ядерная Война". Ядерный взрыв - это и тепло, и светло, и затратный вопрос массового геноцида (знаете сколько пуль на эти расстрелы уходит?) решает. Так что прогресс - это то, что нам нужно. © Amber Lind Муди шесть раз пытался провести законопроект о запрещении гравитации на территориях под юрисдикцией аврората, но как-то не получилось © Severus Snape Рейху нужны трезво мыслящие и расово верные граждане, прошедшие суровую школу восьмичасового сна. Посему или тут все идут спать, или тут все отправятся в Дахау. Вот, видишь, уже действует. Лично я иду спать. © Evan Rosier

James Potter: Посвящается сестре таланта. Lumier: The Game. 13rd part. Прошу простить меня за мое идиотское чувство юмора, вкуса и умение выдирать слова из контекста. Паранойя заразна. Посты #1 - #43. высшие материи на то и высшие, чтобы не каждый болван мог до них дотянуться. вселенная очень похожа на престарелую кокетку – она будет молодиться и блистать остроумием, пока никто из ближайшего окружения не выяснит, в каком из ящиков комода хранятся вставные челюсти. Большой зал слизеринец покинул со стойким ощущением, что весь Хогвартс прямо-таки обязан платить ему алименты. Видимо, красно-золотые решили по примеру слонов устроить тайное кладбище в каком-нибудь безлюдном и труднодоступном месте – очевидно, библиотека идеально соответствовала заданным параметрам. Случайности – это не вовремя подвернувшиеся закономерности. Падать не больно, больно приземляться. Гораздо увлекательнее бороться за права бесправных, если в процессе борьбы можно ненароком легализовать продажу легких наркотиков, тяжелых металлов, а так же обезопасить пути ввоза контрабандных чилийских перчиков. дураки подкрадываются незаметно. Дураки возникают постольку, поскольку умным легче распоряжаться своей судьбой из-под палки; и чем короче эта палка, чем глупее надзиратель, тем веселее и охотнее идет перестройка мира. А когда палка эта оказывается волшебный и надзиратель учиться на Гриффиндоре, жизнь поистине перенимайт свойства балаганной комедии. Снейп усмехнулся. Вероятно, ему стоит задуматься о карьере косметолога. Но нет, к сожалению, людская смекалка идет дальше туманных скоплений газовых гигантов и все самое прекрасное и светлое обязательно упакует в динамитную шашку, запихнет в свинцовый капсуль и отправит на службу к главному человеческому божеству, а именно его величеству Тотальному Геноциду. Старосты упивались властью, гриффиндорцы упивались вседозволенностью, слизеринцы – слизеринцами было все равно, они от природы так уж устроены, что готовы упиваться чем угодно, лишь бы под рукой оказался чистый стакан © Severus Snape согранял ясную голову... Кто-то, наверное, еще во времена Основателей, решил, что воспитанники лорда Салазара - слишком надменные сволочи, а потому следует объявить себя воинами Добра, восставшими против порождений...ээ... ну, порождений всякой гадости, скажем так. Люди - смешные твари Но да благословит Мерлин идиотов, без них было бы в полтора примерно раза скучнее жить. Нет, не в два. В полтора. Потому что они идиоты. Наверное, это какой-то женский инстинкт, и, как пить дать, проявился он еще в древние века, когда одна амеба поменьше влезла между двумя побольше и заверещала "Немедленно прекратите драку!" он всерьез намеревался долго стучать головой Алленби о каменный пол. Возможно, до полной ее деформации. Как там говорил Люциус? "Это наш друг Фианн, он самый гуманный из нас, просто иногда сходит с ума и начинает убивать людей". © Fiann Lermont проблемы всех форм и размеров не любят одиночество, предпочитая слоняться по жизни парами, а то и тройками в ушах, отдаваясь болью во всей голове, все звучало нестерпимое сопрано Нарциссы, доказывающей себе, ученикам и всему миру, что слизеринцы, в сущности, мягкие и пушистые, просто у них сейчас период линьки. Хорошо бы сейчас в гостиную - упасть на диван и лежать так неподвижно, надеясь, что головная боль примет тебя за мертвого и уйдет очередной акт фарса, что разворачивался неподалеку: те же и они же, Сириус развлекается со своим любимым чучелом, любимое чучело пытается доказать, что оно не чучело... волосы на шее поднялись дыбом - Минус двадцать очков со слизерина, и минус два зуба лично с тебя, Малфой. - Ты разделишь на ноль? - добродушно поинтересовался беспомощный мистер Алленби, осторожно перемещаясь по стенке. - Нет, Марлен, не будь настолько жестока, даже фон Нойманн этого не заслужила. а у Эдвина в голове пикси отплясывают джигу, да так увлеченно, что гриффиндорца, кажется, сейчас стошнит от их энтузиазма. Только давайте не быстро, хорошо? Я не ел на обед ничего интересного настолько, чтобы вы захотели это рассмотреть поближе. © Edwin Allenby по врачебному рецепту: “вести себя как полные идиоты три раза в день, после еды”. Право слово, если бы Эмбер не была абсолютно уверена, что Директор не одобрит этих мер, она бы давно предложила запереть слизеринцев и гриффиндорцев в какой-нибудь аудитории, а потом, через недельку-другую, выпустить немногих выживших. Но увы, профессор Дамблдор похоже любил людей меньше, чем Эмбер, и потому не мог понять полной человеколюбия и милосердия идеи массового геноцида. В главных ролях в этот раз были признанные звезды хогвартского театра военных действий Сириус Блэк и Северус Снейп, с подцанцовкой в виде Дженифер-как-там-её-Роуз и благодарными зрителями в лице Лермонта (ехидный зритель), Малфоя (строгий зритель) и Алленби (строгий зритель, который в тайне мечтает быть на сцене в роли Прекрасного Принца). Однако всегда вслед за признанием права человечества на идиотизм шло замечание о том, что этим правом они должны пользоваться вдалеке от неё. - Люся, милая, я помню, что ты носишь это значок потому что он хорошо подходит к твоим глазам, но не позорься так на людях не знанием правил Блэк действительно полетел на пол и достаточно убедительно приложился своей башкой об успокаивающий и одухотворяющий гранит школьного пола – то есть практически гранит науки. Присутствие профессора фон Нойман Эмбер не то чтобы не заметила, скорее не сочла его достойным своего внимания. В конце концов она «мисс Линд», а не «мистер Линд», и потому впадать в священный гормональный ступор даже в компании такой выдающейся особы не входило в её обязанности. © Amber Lind Наверное, это все старые обиды из серии «Ты дёргал меня за косички! Получай, негодяй» или «Эй, а ты не дёргал меня за косички! Умри, несчастный!». Фианн весь поглощенный тягой к симметрии приложился к физиономии Алленби Она брала руки за спину Локкли весьма опасна для себя и окружающих и на двух ногах, а на одной так вообще смертоносна. © Robin Lockley дитя хаоса и мигрени Учтите, товарищи, звездочки из глаз вполне реальны. © Sirius Black а потом плакаться судьбе о том, что она сделала Линд девушкой. Это был большой минус © Lucius Malfoy - дементор их поддери. © Mafalda Hopkirk Оно. Посты #1 - #51. Ученики, видимо, всполошенные недавними событиями, что впрочем, и не удивительно, убийства в школе – явление довольно редкое; не упустили возможности засыпать преподавателя лавиной разнообразнейших вопросов. Поэтому де Вризу попеременно приходилось изображать то глухоту, то немоту, а то и склероз во всей его красе. Кто бы не убил школьниц, действовал он с изрядной долей воображения. Едва ли это были Пожиратели. Насколько знал де Вриз, приверженцы Темного Лорда доселе не реквизировали у своих жертв какие бы то ни было части тела. Меньше знаешь – крепче спишь. Знаешь больше – тоже спишь крепко, но уже вечным сном. — Не знаю, мисс Флинт. Но если это чья-то шутка, смею уверить, последним посмеюсь все-таки я. Де Вриз был напрочь лишен чувства юмора. Нечто подобное возникает при встрече с дементорами. Они тоже большие любители пафосных спецэффектов. Несчастные случаи происходят даже в спокойное время и даже в спокойных отделах. Что уж и говорить о времени теперешних, когда Пожиратели Смерти нападают на школьников, когда по Хогвартсу разгуливает неизвестный офтальмолог-эксперементатор, а коридоры ни с того ни с сего заполняет египетская тьма-альбинос. Дурмстрангом, как правило, детей пугали. Теперь похоже начнут пугать и Хогвартсом. «Кушай кашку, милое дитя, а то явиться хогвартский туман и выколет тебе глазки. Ам! за маму. Ам! за папу». Де Вриз готов был поклясться, что на уроки Лермонт заявляется лишь потому, что не заявляться на уроки попросту еще скучнее. ______ * удивите меня Далее в словарном запасе Раймонда де Вриза зияла гигантская, исполинских размеров дыра, куда проваливалась каждая относительно политкорректная мысль и откуда нагло выпячивались грозди отнюдь не цензурных окказионализмов. С тройным восклицательным знаком. Чем светлее ваша голова – тем выше вероятность, что однажды она станет совсем прозрачной, то есть пустой. Однако настоящие мужчины не только не плачут, настоящие мужчины не кричат. Настоящие мужчины зло матюкаются сквозь стиснутые зубы вкрадчивым джентльменским тоном – примерно таким же, каким говорят обаятельной юной леди, что слой косметики на ее лице чем-то неуловимо напоминает роспись Сикстинской капеллы. И это «нечто» далеко не художественный талант. © Raymond de Vries времена не выбирают, надо жить в тех, что дают. он был одним из тех отцов, с чьим мнением нужно было считаться до пенсии... "Блякоклешня тебе в штаны..." Слепая паника, заставлявшая его нестись вперед как таракана, застуканного тапком на месте преступления, отступила с приближением удушья мысли в голове все более глушились паническим грохотом сердца, казалось, переселившимся из грудной клетки в черепную коробку, и теперь подобно языку колокола, отбивающее по ней дьявольский ритм. © Alexander Lermontov упрямство – достоинство не только гиппогрифов, но ещё и Гриффиндорцев. Ты же не можешь вот так исчезнуть, превратившись в серебристый туман. Почему это, что это… ты же красавчик, Лермонт оглянуться – значит остаться там навсегда. Пускай она больше никогда не увидит Фрэнка, но только знает, что он жив. Пускай Фианн совсем забудет о ней, или придёт и объявит, что Флинт совершенно точно жуткая трусиха и истеричка, только пускай живёт. Какой Аврорат, какой Хогвартс, какие раны! Пускай они просто живут, чёрт возьми, и ей больше ничего от этой жизни не нужно. © Alice Flint Но если только мне попадутся эти шутнички - а они мне определенно попадутся - они пожалеют о том, что природа наделила их столь альтернативным чувством юмора. © GameMaster Ланфир Прайс являла собой образ той самой девушки, которая у всех на глазах может потрепать по щеке самого красивого юношу школы - и все, включая самого юношу, воспримут это, как само собой разумеющееся. Она вольна была одапять пирогами или отлучать от них. © Artemisia Elford Эванс вскрикнула и с трудом оторвала ногу. Добро побеждает зло. Проверено. Спросите мародёров. © Lilian Evans

James Potter: Посвящается замечательной фразе: «буду краток». Lumier: The Game. 14th part. Прошу простить меня за мое идиотское чувство юмора, вкуса и умение выдирать слова из контекста. Мы делили апельсин. Посты #1 - #26. "Я вас вертел, а вы все не вертелись," - если цитировать классиков (ну хорошо, в очень вольном переводе и очень вольной интерпретации авторства кузена Лермонтова) но увы, еще на прошлой неделе Лермонт лично записал на третье мая квиддичную тренировку, ибо скоро кубок, день как раз был подходящий - у всей команды свободное утро, да и вообще. Сам дурак. все в мире жаждут забраться на пьедестал с надписью "Сволочи Века", который до этого прочно занимали представители Дома Салазара. Лермонт был немного поэт (и в зубы тем, кто осмелится это комментировать), а немного-поэтам, романтикам биты и мордобоя, философия свойственна. © Fiann Lermont рядом с ним был Мордред. Некрофил, как Малфой любил называть друга с мраморным выражением лица © Lucius Malfoy у него отнимали возможность полетать на своей красивой метле. © Lysander Wenlock Если до этого Хопкирк дышала в пупок только троим парням, то теперь количество тестостерона на квадратном метре увеличивалось в геометрической прогрессии. Фианн дал её понять СПОКУХА! Ты же леди © Mafalda Hopkirk бросил бы ты эту гадость, братишка. Нет, я не про биту, я про сигареты твои. чует моя бита… Лимит истерик исчерпан, леди, приходите в следующем месяце. И в этот переломный момент было страшно видеть, что люди делали выбор уже сейчас – сами не осознавая этого. Нет, даже не стороны. Не так уж это важно, в конце концов. Просто показывали, кто из них и чего стоит на самом деле. А если попробовать просто – подумать, а? Хоть раз в жизни. На пороге войны. И оставить детские игрушки в чемпионов – прошлому. Игра и жизнь, - настают времена, когда ты перестаёшь делить людей на капитанов и игроков, потому что небо над вами – всё равно одинаковое. – И, ты знаешь, лучше бы дело действительно было просто в небе. Я бы раздала его целиком, каждому из них, будь у меня на то возможности. Тебе – яркую палитру восхода, Джеймсу – предрассветное, отливающее золотом, Эмбер - красивейший из закатов, Фианну – усыпанное бриллиантами звёзд, а этому, дементор бы его побрал, безгранично верящему в собственную неотразимость Розье – великолепную грозу, и стремительные серебристые всполохи в темнеющем небе. Каждому – своё. Огромное, необъятное. И чтобы никто не ушёл обиженным. © Alice Flint Ну слизеринка. Ну умерла. Не поверите, но даже с ребятами из Дома Салазара это случается. В конце концов если мы пропустим завтрак, ей это уже не поможет, верно? Дело в том, что Уэнкоку она не доверяла. Точнее она не доверяла им обоим – а какой человек в здравом уме будет доверять людям с одинаковыми лицами? Эмбер никогда не была против того, чтобы отдать должно чужому таланту. А если талант попадется не догадливый, то два раза отдать, а может и все пять. Ведь мисс Линд была девушкой не только гуманной, но и очень терпеливой. © Amber Lind Однако утром Ивен познал всю силу дружбы: именно она ни свет ни заря выдернула недолеченного слизеринца из-под заветного теплого одеяла, доволокла до факультетской раздевалки, едва не силой обрядила в форму факультета, сунула в руки биту и вытолкала на поле. Видом, голосом и манерой заменять благородное имя Розье на фамильярное обращение "идиот" сила дружбы очень походила на Фианна Лермонта Впервые они с Лермонтом подрались на первом курсе, когда пытались выяснить, кто же из них двоих англичанин - а потом, осознав, что таковых среди нет, отправились драться с теми, кто подходил под это скупое описание. С тех они вот уже десять лет иногда дрались, иногда пили вместе, слонялись по сомнительным притонам, любили одну девушку и один сорт виски, и гордо называли это сложное смешение взаимоотношений дружбой. © Evan Rosier Им не нужен был никакой монстр, никакой ужас, что убивал их одного за другим. Их не нужно было истреблять, они вполне отлично справлялись сами. - Смешно ли, не поделить неба над головой © Syberia de Samon Ничто не повторяется дважды. Посты #1 - #7. Его крылья – под потолком, и твоя пропасть под ногами. Так горько. Горечь полыни, клинок и голос звенящей струны, Вереск и ветер – смеётся судьба на пороге лета. Не потеряй нить пути в лабиринте грядущей войны, В холодную бездну срываясь с вершины света. © Alice Flint Мне нечего тебе отдать, Алис. Я отдал сердце скрипке, душу продал Розье (мы друг другу души вчетвером по сотне раз поперезаложили - в шутку, за покером), моя кровь принадлежит тому самому гобелену, над которым порой посмеивается отец. Руки мои тоже не для того, чтобы кого-то поддерживать, скорее для того, чтобы падающего толкнуть. Самое смешное, что тебе тоже - нечего. И сердце ты свое отдала совсем не мне, отдала с концами, и обратно ведь не возьмешь, больно гордая. И душа твоя этой войне столько раз перезаложена, что страшно представить, что будет, когда она придет взыскать долги. И кровь... Мне нечего тебе предложить, кроме этого глупого слова "сестра" и уверений в том, что все будет хорошо. И ты выйдешь замуж, всенепременно за того, кому предназначена. Ты знаешь, я верю в предназначение. Не в любовь с первого взгляда и до гроба, не подменяйте. А в эту темную злую штуку, которой все равно, где ты, кто ты и что о себе думаешь. Ту, которая случает с тобой всякое, как ты ни трепыхайся. Так вот. Ты выйдешь замуж. И у тебя будет лучший в мире сын - немножко, правда, балда и растяпа, но это только в детстве. В детстве мы все немножко балды и растяпы... © Fiann Lermont Пятиминутка ненависти. Посты #1 - #20. Она ведь знала, чего хочет, а в этом уже заранее не было ничего хорошего. Железные нервы ржавеют. © Bellatrix Black Помнится, будучи ранимым младшекурсником (ну, насколько ранимым мог бы быть Ивен Розье в лучшие свои годы), Ивен порой расстраивался, когда во всех бедах в очередной раз обвиняли студентов "зеленого" факультета, и от расстройства давал в нос тем, кто имел неосторожность высказать такие мысли, и еще первым попавшимся под руку гриффиндорцам, просто оттого, что именно они повинны в формировании этого дурацкого стереотипа "все слизеринцы при поступлении подписывают контракт с дьяволом". То есть не факт, что половина учеников не подписали бы его, если бы им предложили, но раз никто не предлагал и никто не подписывал, то на "нет" и суда нет. - Ну что, - все так же стоя у входа Розье сунул руки в карманы брюк и с прищуром оглядел гостиную, - поздравляю. Нас снова считают инкарнацией мирового зла. Идеальная маскировка идеального убийцы - просто быть Беллатриссой Блэк. © Evan Rosier Разве можно было прятать ноги? Тем более ноги Дэвис? Это же кощунство! Вызов, брошенный самой природе! © Rabastan Lestrange если ты учишься на Слизерине, то у тебя и виски, и женщины в каждом углу, и конечно же руки испачканы в крови. © Clayton Bulstrode

Fiann Lermont: "Это будет грандиозное палево" Цитатник админки - а вы думали, чем мы там занимаемся? Копирайты я ставить не буду, ибо это будет совсем уж грандиозное палево, так что кому надо - гадайте. Ответы в ЛС, плюшки и пилюли угадавшим XD Вы думали, что будете идиотами без меня? Идиоты. - нам не все равно. - Тогда надо еще приписать "но вы этого не читали". А то палево какое-то. А я бы подумал, что ребята, писавшие это - порядочные снобы. ...oh, wait?... Лермонт веди себя прилично, это оргтема Какая зараза поправила заголовок, хотел бы я знать? Люц, слушай мы тут напились с Розье, короче... а давайте введем Новую Эру этой ночью Ожидайте море галлюциногенных гифок, глиттера и палитры "ЛСД наш лучий drug" Забухаем?)) Господа! Кому тут нефигом заняться? ...в гнездовье таких жирных троллей, как мы Черная комедия с элементами европейского порно - идеальный способ выхода из тематически-хронического ангста Голос из могилы поддерживает ваc, возлюбленные чада мои. Творите произвол и беззаконие и да будет вам счастье. Я думал будучи Северусом Снейпом ты привык к этому, нет? Неужели у нас фантазии не хватит? То есть, нет. неужели у нас не хватит пива, чая и пенталгина? Тед болеет, у Алека нет тырнета... ...а я просто идиот.



полная версия страницы